«Ритор Диодор»: кто скрывается под этим именем? (обзор трех цитат Диодора Тарсийского в Первом собрании прп. Исаака Сирина по сирийским источникам). Часть 3

Настоящая публикация является продолжением начатого исследования, посвященного идентификации цитат, приводимых прп. Исааком Сириным в своих творениях, и интерполяциям имен при этих цитатах. В предыдущей статье с учетом контекста и филологического анализа были рассмотрены «цитаты» Феодора Мопсуестийского, находящиеся в Первом собрании восточно-сирийской редакции. В результате исследования были выявлены порча текста и следы интерполяций, внесенные несторианскими переписчиками. На этот раз внимание уделяется обзору цитат Диодора Тарсийского в Первом собрании прп. Исаака Сирина . Исследование устанавливает подлинную атрибуцию нескольких цитат, а также показывает, что замена имен в определенных местах имела место только в восточно-сирийской редакции, не затрагивая рукописей иных конфессий. Некоторыми исследователями была предпринята попытка оспорить идентификацию цитаты Дионисия Ареопагита , осуществленную Маркеллом Пираром в его критическом издании. В настоящей публикации приводятся дополнительные факты и доводы в пользу последнего, что, в свою очередь, подвергает критике мнение указанных в статье исследователей. Впервые с переводом на русский язык публикуется фрагмент из Ареопагитского корпуса, заимствованный прп. Исааком Сириным. Данный текст сохранился только в сирийской версии. Проводятся текстовые параллели с переводом Сергия Решайнского. В настоящей статье мы продолжаем рассматривать проблему идентификации имен тех авторов, которых цитировал прп. Исаак Сирин в своих творениях. Данная проблематика связана с разночтением имен, находящихся в сирийских рукописях разных традиций – восточной, западной и мелькитской. В научной среде аутентичной признается восточно-сирийская (несторианская) редакция. Некритически изданный Полем Беджаном сирийский текст Первого собрания творений прп. Исаака Сирина без малейшего сомнения был принят научным сообществом, и на этом основании были построены многочисленные работы и исследования. Однако на поверку оказалось, что изданный Беджаном текст не совсем точно передает оригинал рукописи [Iσαάκ Σύρος, 2012. Σ. 57; Кессель, 2016. С. 64−65]. Разночтения имен, встречающиесяв разных рукописях, хотя в некоторых местах и были отмечены издателем, оказались не чем иным, как интерполяцией, внесенной несторианским переписчиком [Скарга, 2022 (а)]. Беджаном же они принимались как аутентичное прочтение. Учитывая эти выявленные изъяны, считаем необходимым и далее провести ревизию восточно-сирийской рукописной традиции. На этот раз рассмотрим фрагменты трех цитат Диодора Тарсийского, находящихся в Первом собрании прп. Исаака в сирийских источниках. Пример 1. Свт. Василий / Диодор В нескольких примерах мы покажем замену имен свт. Василия и Дионисия на имя Диодор в несторианских рукописях. Мы начнем с фрагмента, который присутствует только в восточно-сирийских рукописях, чтобы показать непричастность к этой замене мелькитских или монофизитских переписчиков. Имя свт. Василия Великого можно встретить в рукописях XI в., пример тому – Лондонская рукопись Brit. Add. 14633 (ܒܐܣܝܠܠܝܘܣ) (Brit. Add. 14633 (XI saec.). F. 66v). В рукописи XIIIв., изданной Беджаном, вместо «Василия» уже стоит «Диодор» (ܕܝܕܘܪܘܣ). Беджан в подстрочном аппарате отметил, что имя «Василий» поддерживают ещё три рукописи: из Ватикана, Алкоша и Мосула [Isaacus Ninivita, 1909. P. 242; Кессель, 2016. С. 78, прим. 361]. Необходимо сказать, что и А. Венсинк добавляет к списку Беджана Лондонскую рукопись и так же, как и он, не помещает этот пример в раздел интерполяций, но отмечает его как факт разночтения [Isaac of Nineveh, 1923. P. 163]. В пользу аутентичного прочтения имени «Василий» выступают не только вышеуказанные рукописи, но, главным образом, выявление самой цитаты в творениях свт. Василия Великого . К тому же в следующем вопросоответе прп. Исаак снова ссылается на свт. Василия, и, что особо примечательно, в рукописи Brit. Add. 14633 две цитаты из свт. Василия находятся на одном листе. Таблица 1. Идентификация цитаты После выявления авторства цитаты, как представляется, уже не требуется дополнительных доказательств для признания того, что именно несторианский переписчик в XIII в. сознательно внес интерполяцию. Пример 2. Дионисий/Диодор В следующем примере мы находим замену имени Дионисия Ареопагита на имя Диодор. Сразу необходимо отметить, что Маркеллом Пираром в критическом издании эта интерполяция была отмечена [Iσαάκ Σύρος, 2012. Σ. 44] и четко выявлена цитация Дионисия [Iσαάκ Σύρος, 2012. Σ. 414–415]. Несмотря на это, некоторые исследователи пытаются оспорить данный очевидный факт [Фьори, 2014. С. 288−307; Макаров, 2021. С. 182–187]. Так, например, Эмилиано Фьори в примечании говорит: «В русском переводе, как и в греческой версии, имя Диодора заменено на Дионисия, еп. Афинского» [Фьори, 2014. С. 292, примеч. 11] 2 . Э. Фьори, упоминая синайскую рукопись, говорит только об одной цитате Дионисия. Тем не менее этот ученый выдвигает тезис, что данная цитата, впрочем как и все знакомство прп. Исаака с корпусом Дионисия Ареопагита , было «фрагментарным» посредством флорилегиев. Однако при сопоставлении указанной цитаты с флорилегием, имеющимся в той же синайской рукописи (этот факт наиболее показателен, т. к. переписчик мог без труда выверить цитату), можно заметить, что цитаты не тождественны, в текстах имеется разночтение, ср.: (Sin. syr. 24, fol. 135r; fol. 9r–9v). Исходя из этого тезис Э.Фьори можно рассматривать всего лишь предположением, которое не подтверждается текстологией рукописей. Второй тезис, выдвинутый Э. Фьори 3 , выглядит еще противоречивее, чем первый: исследователь предположил, что фрагмент, посвященный девятичинной классификации ангелов, отсылающий непосредственно к корпусу Дионисия Ареопагита , был изначально записан некоторым переписчиком на полях рукописи и затем попал в основной текст [Фьори, 2014. С. 295–296]. По рукописному наследию прп. Исаака, начиная с самой древней сохранившейся рукописи Sin. syr. 24 (VIIIв.), можно видеть, что данные фрагменты являются органичной частью самого текста, о чем свидетельствует и вся текстологическая картина известных сохранившихся рукописей Первого собрания. По этой причине можно считать, что гипотезы Эмилиано Фьори в отрыве от рукописного наследия прп. Исаака являются не более чем предположениями. Странно, что столь серьезный ученый, перед тем как озвучить свои гипотезы, не посчитал нужным проверить их текстологическими исследованиями. Другой исследователь – Алексей Макаров, ссылающийся на работы Э. Фьори, предпринял попытку оспорить идентификацию, представленную в критическом издании М. Пирара. Он выдвинул тезис, что прп. Исаак в ангелологическом фрагменте ссылается не на Дионисия Ареопагита , епископа Афинского, а на Диодора Тарсийского. А. Макаров выставил текст последнего в передаче Иосифа Хаззайи как исходную цитату [Макаров, 2021. С. 188]. При сопоставлении фрагментов можно заметить, что лексическое совпадение отсутствует [Макаров, 2021. С. 188] 4 . При прочтении представленных отрывков, действительно, можно заметить некоторые параллели, которые, однако, при более детальном рассмотрении оказываются несостоятельными. Причина этого заключается в следующем. Робер Бёлэ отметил, что прп. Исаак в иерархической классификации ангелов «противостоит всей сирийской традиции, которая ставит на первое место херувимов» [Бёлэ, 2021. С. 219]. Следуя за Дионисием, прп. Исаак на первое место ставит серафимов, в этом порядке чинов прп. Исаак четко следует как греческой версии Ареопагитского корпуса, так и сирийскому его переводу Сергия Решайнского, что наглядно показано в таблице ниже. Хотя данный факт и был известен А. Макарову, он все-таки пытается убедить читателя, что прп. Исаак ссылается на фрагмент Диодора Тарсийского, в котором последний на первое место ставит херувимов: «Поэтому и блаженный Диодор называл чин херувимов главой и старейшиной Божьего творения…» [Макаров, 2021. С. 188]. Очевидно, что в этом есть противоречие! Более того, Иосиф Хаззайя, цитирующий Диодора и следующий за его классификацией ангелов, полемически выступает против прп. Исаака (не называя его имени) в том, что он на первое место ставит серафимов: «Некоторые говорят, что первыми принимают ведение серафимы, но это далеко от истины» [Бёлэ, 2020. С. 219] 5 . Здесь, очевидно, происходит столкновение двух традиций: восточно-сирийской, выразителем которой был Диодор Тарсийский и последующий за ним Иосиф Хаззайя, и греческой, возможно также мелькитской, выразителем которой явился прп. Исаак Сирин , воспринявший классификацию ангелов из «Ареопагитик» [Бёлэ, 2021. С. 218; Isaac of Nineveh, 1923. P. LIII]. Предложенная А. Макаровым идентификация цитаты Диодора Тарсийского оказалась, на наш взгляд, неудачной «находкой», так как при сопоставлении ее с фрагментом поучения прп. Исаака тождество не обнаруживается, напротив того, цитата Диодора вступает в противоречие и несогласованность с учением прп. Исаака Сирина. Высказывание А. Макарова, что «принцип, согласно которому полнота ведения обратно пропорциональна количеству ведающих ангелов 6 , следует признать восходящим к нему (т. е. Диодору.–И.Н.)» [Макаров, 2021. С. 189], демонстрирует плохое знание корпуса Дионисия Ареопагита. Подобная мысль красной нитью проходит через главу «О небесной иерархии», в которой изложен порядок передачи откровения от высших чинов к низшим, и отражает принцип иерархического строя всего Ареопагитского корпуса, см.: [Дионисий Ареопагит, 2003. Гл. 7.3, 11.1, 12.2, 15.1]. Ниже приведена таблица, содержащая тексты рукописей Сергея Решайнского и прп. Исаака Сирина. Чтобы не повторять дословную идентификацию цитаты, произведенную А. Венсинком и М. Пираром, мы представим другую, практически дословную цитату Дионисия Ареопагита, о которой в научной среде, как правило, умалчивают. Цитируемый фрагмент не вошел в греческий перевод, но находится практически во всех манускриптах восточно-сирийской, мелькитской и западно-сирийской редакции. Таблица 2. Сирийские источники В таблице наглядно просматриваются дословные текстовые совпадения, что является фактом цитирования главы «О небесной иерархии» Дионисия Ареопагита, епископа Афинского, как называет его прп. Исаак Сирин . Мы вполне согласны с М. Пираром, что в данном случае необходимо признать, что аутентичный вариант рассматриваемого фрагмента представлен в мелькитской и западно-сирийской редакциях и содержит имя Дионисия Ареопагита [Iσαάκ Σύρος, 2012. Σ. 44] 9 . И наконец, рассмотрим последний пример, связанный с заменой имени Диодора в несторианских рукописях. Как в мелькитских, так и в западно-сирийских рукописях в данном фрагменте вообще отсутствует какое-либо имя, имеет место лишь отсылка К предыдущей цитате некоего философа: «и снова он же говорит» (ܘܬܘܒ ܗ̣ܘ ܟܕ ܗ̣ܘ ܐܡܪ) (Sin.syr.24,fol.54v). Действительно, близость друг к другу двух цитат, которые имеют схожее аскетическое поучение о борьбе со страстями, может отсылать к одному из представителей стоической философской школы. В конце этого трактата прп. Исаак снова приводит в пример высказывание некоего философа (ܦܝܠܘܣܦܐ), которого М. Пирар отождествил с Секстом и идентифицировал две его цитаты [Iσαάκ Σύρος, 2012.Σ. 507]. Почти дословно совпадающее высказывание мы нашли в сентенциях Пифагора [Пчела, 2013. С. 228] и близкое к тексту – у Менандра [Аржанов, 2011. С. 190]. Похоже, что прп. Исаак в этом трактате для большего воодушевления своих учеников в борьбе со страстью чревоугодия решил привести в пример философов, которые еще до пришествия Христа отличились аскетическими навыками. Интересноотметить,чтовпредшествующихдвухсентенцияхМенандра,20-й и 21-й,какразговоритсяотомже,что и у прп.Исаака,–о борьбе с чревоугодием: «И нет никого, кто бы следовал за своим вожделением или своим чревом и тут же не был подвержен позору и презрению. Хорошо человеку, который господствует над своим чревом и своему вожделению противостоит,– это помогает ему во всякое время» [Аржанов, 2011. С.190]. В 18-й сентенции Менандр предупреждает, что «изобилие желудка» может обратить «тебя в пищу для собак» [Аржанов,2011.С.190], т.е. привести к позорной смерти. В Библии не раз можно встретить примеры такой позорной смерти, когда труп виновного съедали псы, что означало суд Божий за какой-либо тяжкий грех 10 . Этот фрагмент может согласоваться с заключительной сентенцией, которую приводит прп. Исаак, где говорится о том, что от разнеженности и телесного наслаждения «человек подпадает суду Божию» [Исаак Сирин, 1911. С. 376].Таким образом, можно предположить, что близость 18, 20 и 21-й сентенций Менандра, посвященных теме борьбы с чревоугодием, и призыв 22-й сентенции к борьбе со сном, ибо «сон ведет в Шеол» [Аржанов,2011.С.190], могли послужить тем материалом, который прп. Исаак, перефразировав, поместил в этом трактате со ссылкой на «одного из великих философов» (ܚܕ ܡܢ ܪ̈ܒܢܐ ܕܦܝܠܘܣ̈ܦܐ) [Isaacus Ninivita, 1909. P. 290; Исаак Сирин, 1911. С. 389]. Необходимо также добавить, что в одной из несторианских рукописей вместо имени Диодора стоит имя Феодора (ܬܐܕܘܪܘܣ) (Berоlin. or. oct. 1258, fol. 140r). Возможно, первоначально в этом месте стояло имя какого-либо философа, созвучное с именем Феодор, например, одно из имен, известных по флорилегиям: Феокрит, Феспид и т.д., – и впоследствии несторианский переписчик исправил это имя на более привычное и авторитетное в восточно-сирийской традиции. Как бы то ни было, в данном случае мы видим пример того, что путаница и замена имен засвидетельствована именно в несторианских рукописях. Подведение итогов исследования Проведенный обзор цитат Диодора Тарсийского по сирийским рукописям позволяет сделать следующие выводы. «Цитаты» Диодора Тарсийского, находящиеся с восточно-сирийской (несторианской) редакции, имеют признаки искусственного внесения их в текст. Наглядным примером выступает 1-й и 3-й примеры из настоящей статьи, в которых замена и вариативность имен имеет место только в восточно-сирийских рукописях. Во 2-м примере мы видим случай, зафиксированный практически во всех рукописях буквального цитирования фрагментов Ареопагитского корпуса. Сверка с источниками в этих примерах не оставляет сомнения в том, что интерполяция была внесена со стороны несторианских переписчиков. Необходимо добавить, что сопоставление некоторых аспектов учения у прп. Исаака Сирина и Диодора Тарсийского показывает явное разногласие, например наличие аллегорического метода толкования у аввы Исаака, тогда как этот метод был неприемлем для Диодора [Никифоров, 2007. С. 231], метод созерцания (θεωρία) у прп. Исаака находится в отрыве от истории, что является также нарушением экзегетического метода Диодора Тарсийского [Саврей, 2012. С. 162]. Для Диодора было невозможно допустить, что «зачатый в Деве Марии и рожденный от Нее есть также и Творец вселенной» [Никифоров, 2007. С. 232], тогда как у прп. Исаака подобный христологический дуализм отсутствует: у него «человек Иисус является одновременно Богом Словом и Творцом мира» [Иларион, 2011. С. 704] 11 . Также прп. Исаак в своем учении допускал взаимообщение свойств (communicatio idiomatum) человеческой и божественной природы [Муравьев, 2016. С. 217, примеч. 111], которое, в свою очередь, не допускал тарсийский экзегет [Заболотный, 2020. С. 181]. И наконец, «для Диодора понятия «Бог Слово» и «человек Иисус» означали две конкретные индивидуализированные природы» [Заболотный, 2020. С.181], а для прп. Исаака Бог Слово и человек Иисус – одно и то же лицо, один субъект [Иларион, 2011. С. 704]. Итак, при наличии таких серьезных разногласий между учениями двух этих авторов мы полагаем, что встречающиеся в рукописях не характерные для прп. Исаака такие ремарки, как – ܪܒܐ ܕܡܠܦܢܐ ܪܗܛܪܐ ܕܝܘܕܘܪܘܣ «великий учитель и ритор Диодор» (равно как и в случае с «цитатами» Феодора Мопсуестийского, см.: [Скарга, 2022(а)]), являются тем наслоением, которое сделали позднейшие несторианские переписчики, желающие путем интерполяций адаптировать в своей среде тексты прп. Исаака Сирина. Наше исследование позволяет сделать пересмотр утвердившихся в научной среде мнений, относящихся к «аутентичному» корпусу его творений, находящихся в рукописях восточно-сирийской редакции, и признать в них наличие интерполяций, внесенных несторианскими переписчиками 12 . Вместе с тем можно признать несостоятельным и ошибочным утвердившийся в научной среде тезис, что «в области догматики и экзегетики главными авторитетами для Исаака Сирина были Феодор Мопсуестийскийи ДиодорТарсийский» [Иларион, 2011. С. 700], и тем самым пробудить к жизни новый виток православного исааковедения. Аржанов Ю. Н. Сирийские Ветхозаветные псевдоэпиграфы. Апокрифические псалмы Давида, Апокалипсис Баруха, Сентенции Менандра. СПб: ООО «Димитрий Буланин», 2011. Бёлэ Р. Безвидный свет: введение в изучение восточно-сирийской христианской мистической традиции. М.: Издательский дом «Познание», 2021. Василий Великий, свт. Творения. М.: Сибирская Благозвонница, 2008 (ПСТСО; т.3). Дионисий Ареопагит, сщмч. Сочинения. Толкования Максима Исповедника . [Греч. текст] / Пер. Г. М. Прохоров. СПб: Алетейя, 2002. Заболотный Е.А. Сирийское христианство между Византией и Ираном. СПб: Наука, 2020. Иларион (Алфеев), митр. Исаак Сирин // Православная энциклопедия. 2011. Т. XXVI. С. 695–731. Исаак Сирин, преподобный. О Божественных тайнах и о духовной жизни: новооткрытые тексты / Пер. с сир., прим., предисл. и послесл. митр. Илариона (Алфеева). СПб: Издательство Олега Абышко, 2013. Исаак Сирин, прп. Слова Подвижнические / [Пер., предисл. С.И. Соболевского]. Сергиев-Посад: Типография Св.-Тр. Сергиевой лавры, 1911. Кессель Г. М. Рукописная традиция первого тома сирийского корпуса Исхака Ниневийского // Исаак Сирин, преподобный (Мар Исхак Ниневийский). Книга о восхождении инока: Первое собрание (трактаты I–VI) / Общ. ред. И пер. с сир., араб., греч. А. В. Муравьёва. M.: Издательский дом «Яск», 2016. C.56–78. Макаров А. Д. Распространение Первого собрания св. Исаака Сирина за пределами Церкви Востока. Часть II: интерполяция имён // Богословский вестник. 2021. № 2 (42). С. 165–207. Муравьев А.В. Мир идей Мар Исхака. Источники и контекст // Исаак Сирин, прп. (Мар Исхак Ниневийский). Книга о восхождении инока: Первое собрание (трактаты I–VI) / Общ. ред. и пер. с сир., араб., греч. А.В. Муравьева. M.: Издательский дом «Яск», 2016. Никифоров М. В. Диодор еп. Тарсийский // Православная энциклопедия. Т. XV. 2007. С. 228–234. Пчела, или Главы поучительные из Писания, святых отцов и мудрых мужей / Вступ. ст., пер., послесл., комм. П.К. Доброцветова. М.: Ориентир, 2013. Саврей В. Я. Александрийская школа в истории христианской мысли. М.: Издательство Московского университета, 2012. Cкарга Д.С. «Откровение сокровенного»: обзор цитат Феодора Мопсуестийского в Первом собрании прп. Исаака Сирина по сирийским источникам // Христианское чтение. 2022 (а). № 2. С. 25–51. Скарга Н. Рецензия на статью: Макаров А.Д. «Распространение Первого собрания св. Исаака Сирина за пределами Церкви Востока. Ч. II: Интерполяция имен» // Богословский вестник.2021.№2(41).С.164–207.DOI:10.31802/GB.2021.41.2.008 // Письменные памятники Востока. 2022 (б). Т. 19. № 2 (49). С. 120–128. Фьори Э. Дионисий Ареопагит и Исаак Сирин: попытка переоценки // Преподобный Исаак Сирин и его духовное наследие. Материалы Первой международной патристической конференции Общецерковной аспирантуры и докторантуры имени святых Кирилла и Мефодия. М.: Общецерковная аспирантура и докторантура им. свв. Кирилла и Мефодия, 2014. С. 288–307. Isaac of Nineveh. Mystic Treatises / Transl. A. J. Wensinck. Amsterdam: Uitgave der Koninklijke akademie van wetenschappen, 1923. Isaac the Syrian, st. Ascetical Homilies / [Transl. D. Miller]. Boston: Holy Transfiguration Monastery, 1984. Isaacus Ninivita. De perfection religiosa / Ed. P. Bedjan. P.,Lpz.: Otto Harrasso-witz, 1909. Ἰσαὰκ ὁ Σύρος, ὅσιος. Λόγοι ἀσκητικοί / Κριτ. ἔκδ. Μ. Πιράρ. ἍγιονὌρος: Ἱερὰ μονὴ Ἰβηρῶν, 2012. Именно этот фрагмент был также хорошо распространен в флорилегиях. См.: [Пчела,2013.С.398]. Нам непонятно, почему Э.Фьори умалчивает о том, что имя Дионисия находится и в более раннем сирийском источнике – в синайской рукописи Sin. syr. 24 (VIII в.). Этот факт исключает «замену» имен греческими переписчиками. Странным представляется факт полного умолчания Э. Фьори о пространной и практически дословной цитате из Ареопагитского корпуса, находящейся в конце 25-го трактата прп. Исаака см. идентификацию цитаты: [Isaac the Syrian, 1984. P. 131]. Ссылаясь на Венсинка, Фьори указывает другой фрагмент [Фьори, 2014. С. 294]. Разные термины: ܝܕܥܬܗ и ܣܘ̈ܟܠܐ – одинаково переводятся как «ведение», чтобы более наглядно представить совпадение текста. А. Макаров пытался смягчить мотив обличения, выдвинутого Иосифом против прп. Исаака, предполагая, что Иосиф здесь говорит о переводчике, т.е. Сергее Решайнском, однако контекст этого обличения ясно дает понять, что под «некоторыми» Иосиф понимает не переводчика (о котором речь идет ниже), но того, кто следовал этому переводу. Как показал Бёлэ, прп. Исаак был единственным из всей сирийской традиции, кто придерживался такого мнения [Бёлэ,2021.С.219]. В приведённой А. Макаровым цитате Диодора отсутствует какое-либо упоминание о количестве ангелов. Подробнее о прочих ошибках см.: [Скарга, 2022 (б). С. 120–127]. Перевод иеродиакона Максима (Судакова). Данный фрагмент, сохранившийся в сирийской традиции, почти без изменений был заимствован из Ареопагитского корпуса, см.: [PG 3.208 BC)]. Необходимо добавить, что две восточно-сирийские рукописи (Berоlin. or. oct. 1258; Berоlin or. quart. 1159) также дают прочтение имени Дионисия. Ср. также: «мир смешался с Богом и творение с Творцом сделались едино!» [Исаак Сирин, 2013. С. 97]. Мы полагаем, что ревизия восточно-сирийской редакции должна коснуться не только идентификации цитат и персоналий, но и тех фрагментов, в которых стилистическое и смысловое содержание не согласовывается с контекстом.