Стихи на страсти Христовы

Отмена зело страшна, отмена напрасна, Ах, глаголом зрению и слуху ужасна. Царь неба и всей земли, Творец всего мира, От лютейшаго лютым предаемый звера, От Юды треклятаго июдейским полком, Агнец Пренезлобивый кровожадным волком. Прискорбен есть душею, видя смерти чашу, Плачет кровавым потом, ах, за злобу нашу. На землю Носяй грехи наша упадает, На небо возвел очи, «Отче!» восклицает. Но несть Ему гласа: «Сей есть Сын Мой возлюбленный». Не на Фавор бо, но на Голгофу веденный, Несть Петра, глаголюща: «Добро нам зде быти», Токмо Юда с вой, ищущими убити; Тот Его, в Немже лести несть, лестно лобызает, Тако зверообразным жидом предавает. Его же, веригами связанна, влекоша По пути и неправым судиам вдадоша. Его же неправедно на смерть осудиша И по премногих муках на Крест пригвоздиша. Се всяк зри орудиа убийства и муки: Вервь, бич, столп, копие, железные руки. Зри, коль зле и безчестно за тя Пострадавый, Иже тебе славою, честию венчавый. Зря же сия, восплачи, воздхни, умилися, Камению бездушну поне вподобися. Камень, Творца умерша зряще, распадеся, Земля, ужасу полна, зело потрясеся, Всяка тварь изменися и страхом объята, Та на Кресте муки зряще и на с Креста снята; Припади и лобызай в Гробе Положена, Целуй сердцем и усты за тя Уморена. И вы сюда прийдете, младыи отроки, Подробну орудиа приймете жестоки. Приемши, Пречистому Телу предыдемо. Се аз со смирением припадаю первы И честныя усердно восприемлю вервы. Се тобою аз воинску восприемлю руку, Яже первая Творцу нача творить муку. Мне бич и розгу взяти повелете. Мне со усердием столп, молю, дадете. Аз поклонся, приемлю венец сей терновый, Им же бе увенчанный Царь Юдейский новый Яже дадеся Богу поруганну, Со страхом приемлю трость, за скипетр данну. Гвозды, имиже руце и нозе пронзены Иисусовы, приемлю четверочисленны. Млат, Христа пригвоздивый ко Кресту болезно, С лобызанием вземше, понесу любезно. Аз трости преклоняю главу ми смирену, Сладце приемлю желчью с оцтом исполненну. Дражайшее злата, честнейшее сребра, Беру копие, Христу прободшее ребра. Аз дерзаю крестное по вас нести ложе, На нем же почил еси, Творче мой и Боже. Приимше, Пречистому Телу предыдемо, Славя, погребении песнь все воскликнемо: «Благообразный Иосиф» и т.д. Внимай, о человече всяк благочестивый, Что сотвори юдейский совет нечестивый. Нощи сынове в нощи Христа яша, Сими немилосердно вервами связаша. Горе! Связали Агнца, незлобива суща, За тя, о человече, на жертву идуща. Сделали на небеси с вервов сети птенца. Уловиша Девыя Пречистой Первенца Его же пеленами мягко повивала, Воинска рука верхом твердейшим связала. Вяжется Иессеов цвет средь огорода, Вяжется пречистаго клас Марии Плода. О, злый Юдо, на Господа ты вервь возлагаешь, Скоро на твоей выи сам верва дознаешь; Рекл еси: не приемлю от человек славу, Христе, днесь безчестие превзыде Ти главу. Ты власть имееши вязати, решити; Почто дал еси Себе так уничижити? Ах, влекут немилостно воинове люти; Семя благословенно падает на пути. В нощь из Египта Израиль Им же изведеся, Тот Израилем в нощи узом предадеся. О Иисусе, вервами днесь люте связанный, Да аз Ти к любве буду всегда привязанный! У первосвященника предста Иисус Анны, Немилостно рукою сею привитанный. Его же свято лице, як солнце, сияет, Синостию железна рука потемняет, Кротко-молчаливаго звучно ударяет, Проречет ли: «За что Мя биешь?», искушает. Всего Тела молчалив Бог язвы ношаше, Ибо та одеждою прикрыта можаше. Пресветлаго же лица крыта невозможно, Его же та рука, ах, уязви безбожно. Пять имать перстов, пять ран болших презначает, Прежде времени в лице гладко начертает. Нива благо Христос есть -так Церковь вещает, Орет рука железна, смерть уязвляет. Краеуголн железом ударяет камень Темный народ, да его осияет пламень. Не видящий истины, ослеплен злобою, Поиска ту руками, понужден собою. О, Сладчайший Иисусе, Животе всей жизни, Подал еси ланиту на вся укоризны. Лица Ти пресвятаго не возбранил бита; Не возбрани нам в небе лице Твое зрети! Рука лице Христово поорала зело, Бич и розга все свято поорали Тело. Орешь, злобо жидовска, но не будешь жата, Мы же оттоль Небесный Хлеб будем вкушати. Казнишь Благодетеля, в Коем несть преступства, Учишь вечну Премудрость, з своего си глупства. Не твоею силою стоит обнаженный, Но любовию за Себе любящих разженный. Кто ту злости жидовской подаде пораду, Яко сладкому горку сотвори прохладу. Ах, не знать Пречистаго за язвами Тела, Углебают бич, розги, увы, в плоть до зела. Уже и пресвятыя видятся в нем кости, Яже вся исчетоша з лютой своей злости. От верху главы честной до святу ногу Не оставили места цела Христу Богу. Зри умом, человече, на Божия Сына, Како в чистой Си2 Крови стоит по колена. Рци со умилением: увы, Божий Слове, За грех мой дражайшая Ковь Твоя исплове, За мя, неблагодарна, горе, увы, горе, Разлися Кровь пречистая, аки Чермно море. Погрузивый во мори фараона роги, Потопи в Твоей Крови наша грехи многи; Нас же преведи чистых в землю обещанну, В небесных селениях всем уготованну! Столп твердый, Глава Церкви, Христос Бог названный, К сему немилостивно столпу привязанный. Тщим благословение от святую руку, Яже созади вяжут на большую муку. Древле в день столп облачен, в нощи же огненный Был вождом, егда бяше от плена веденны Израили; ныне же он столпом плени Бога, Егда к нему привяза. О, коль злоба многа! Преведе их по суху, они же брадити, В Крови Бога сделали, хотяще убити. Прийди семо Июдо, им же омочися Хлеб в солило и снеден, Крове Христа впися. Порази Христа камень уже не в пустыни, Пи убо Кровь, не воду. О немилостыни! О како земле с столпом не поколеблешься, Зрящи Творца мучима, что не потрясешься? Люд, иже древле в столпе глас от Бога слыша, Да не слышит, кровию усты заградиша. На столпах Соломон царь кедровых царствует, Царь Небесный, к камену привязан, бедствует. О Сладкий наш Иисусе, мудрый Соломоне, О прелюбезный Христе, крепчайший Самуоне, Изрини столп сей, побий Твоя враги, Да погибнет милости Твоей во век наги. Егда бяше от столпа Иисус отрешенный, Разуме, яко страстей уже освобожденный. Но понеже терн в главу глубоко унзает, И Христос «возвратихся на страсть» – восклицает. О, аще бы кто ми дал очесам слез море, Источил бых, толику болезнь зряще, вскоре. Ах, святейший очи в Крови утопают, Лице свято и уши Кровью заплывают. Иже царем златыя дает диадимы Венчается терновым венцем, ах, Мучимый. Терн древесам есть, царем глава Престол Божий. Окровавлена в терни Бог краснеет роза. Пресвятейшую главу венец окружает, Бог закрут всего мира, мир да весть, Глава Его круг мира яко управляет, Кто весть: терние ли ту или мир пронзает? На земля ли прорасти терние на главу? Сущи вся подножие, возносится в славу. Тернием ли человек да не уязвляет Ног ходяще, на главу Бог Свою влагает. Исповесть иже весть о Евангельском Христос, зерно небесно, паде ныне в терни. «В скорби венчан будеши» – Исаиа; ныне же зримо все лицами. Радостно человека честию венчаешь, Сам поруган, царскую титлу отбираешь. И меет корение венец в твоей главе, Помнишь о тебе данной от человек славе. Христе, в терновой руган диадиме, Даждь нам небесный венец со святыми! Царь царем, Христос Бог наш, В смрадную одеяся ныне багряницу И на безчестие трость приемлет в десницу. В крепости та десница в век есть Ныне же зиблемою тростию почтенна. Мы то трость колеблема есмы человецы; Да постоянны будем, Бог держит Образ непостоянства творит Падающ на колена: «Цару Июдейский, Радуйся!» – глаголюще, Царя же не знают; Не верующе в правду, в злость исповедают. Радуются царие, царствующе мирно; Ты же, наш Царю, плачешь, Пестришь, аки бисером, слезми багряницу, Пловущими сплачливу святую зеницу. Что плачеши, егда Ти «радуйся!» глашают? Плачет: ибо с словами купно оплевают, Ударяют во уши, биют у ланиту. Видения доброты несть нашему свету. Не ведуще, яко есть Царь царем, Не познаша, еще бо не на фроне крестном, Но в месте мучения смрадном Сему царству никто же завидети може; Сии суть гвозды четверочисленны, Ими же Христу руце и нозе пронзены. Ископаша святыи и нозе, и руце, Прилагающе болшу люти муку к муце. Иже вседержайшую руку отверзает, Благоволне животно всяко насыщает, Тому руце прибивши, гвоздми удержали, Дабы щедрому Богу щедроту препяли. Но злобным препятие не помоществует, Матери Иоанна за сына вручает, «Жено, се сын Твой, Мати се твоя», – Сын погибели Творцу руце пригвождает, Да спасение миру не соделовает. Творит спасение всех спасти Рачитель, Не хощет бо всем грешным смерти Пригвожденный рукама землю потрясает, Раздирает завесу, всю тварь ужасает. Во десной богатство, славу, Гвоздми, аки ключами, язвы... Не себе же богатство, но нам обретоша. Сим млатом ко Кресту Бог лютее Царь болезни на крестном фроне Советом нечестивым мерзскаго Пилата. Должен сый умыть руце и язык блудивый, Мыслию же желаше на Крест пригвоздити. Царем неба наказан в сне, не наказався, Земному бо кесарю лучше уверявся. Сие, о человече всякий, да внимаешь, Иже наказание сон себе вменяешь. Им же краеуголный трут камень мучители Дражайший адамант сим млатом В Кровь си Агнчу омочен стался Сокрушенно и сердце Мати имеяше, Егда звук сего млата гвоздяще слышаше. Сколь ударов, столь мечей имеяше Егда немилостиво распяша мордецы. Рай мысленный, Иисус наш, С четырех язв четыре источил нам реки. Имеешь, человече, весло – млат железный, Токмо четыре в уме имей непрестанно: Смерть, суд, пекло и царство, Горестию чрез сию трость есть напоенный. Напоивый сладкою водою в пустыни, Горьку желчь пиет и оцет. О, немилостыни, В ней же неисходимо весь мир почивает! Ныне Иисус горести мира дознавает. Его же Сам вкусивши, Бог умре Море упиваяйся сладости потоком, От обилия дому, егоже в жестоком, Питии в желчи оцту яды растворяешь. Вся страсти Бог понесе, ты сим умораешь. Не рекл «совершися!» на Крест Дондеже твоим ядом не был напоенный. Не веси ли, о мире, чесо Бог жаждает, Да человек слезами жажду втоляет. Подражай, человече, мудрой Магдалине, Рцы яже она прежде слова рекла ныне. Едины с очес слезы текут; пий слез токи! Трость... 2 Христа уморило Копие смертна вечну нам жизнь Дражайше сокровище над злато и сребро, Еже Исусово нам днесь источи ребро. Да узрят человецы, что Бог всеет, Восхоте, да копием воин то открыет. Не жезлом, но копием камень Источи нам ток жизни Иисус Противу естества Бог писца Себе мает, В книзе живота смертно писмя начертает. Вышше естества яко воин ослепленный, Тела и ума оком злости ослепися, Потом обоим зраком ясно просветися. Горкую вдати язву Христу розъяренный, О пресладкий Иисусе, Сам горесть Нам же несказанную сладость источаешь. Сладость, но не всем сладость: Паче меда и сота нам есть правоверным. Гоняй гоними в мири егда гладом таем, Не предаждь нас, Иисусе, не зрети Ти гладу И не пошли нас во огнь ко вечному аду. Да угаснет геенна чрез Кровь Ти и воду, Верным от нея вечну чрез Кровь Все мимоходящии болезнь Христа зрете, Рцете умом на крестно Иисусово ложе, Како на нем почил еси, кто изрещи може? Гвоздми млаты положен, да не разорится. Ах, кому сие ложе не страстное мнится! Возложили, да уснет Бог наш на премнозе. Ах, ложе не мягкое, ах острое ложе, На нем же почил еси болезненно, Боже! Ах, из рая за преступство древом Обнажихся змия прелестным советом; Ты наг мя окрываешь, Одеяйся светом! Препял еси пучины мира суетств полны Крест Ти днесь пристанище Дотоль не мел еси где главы приклоните, Зде со миром безмирным изволил почити. Мир безмирен до смерти желчью уморают, Из смертнаго сна копьем острым О, болезни лютая кто изрещи може, Яже за мя, грешнаго, терпел еси, Боже! Зрящи сия, человек всяк да разсуждаешь, Да не ктому ко страстех страсти Не вяжи Бога, себе на зло вьсуздивый 3 ; Не бий в ланиту, хищать чуждое жадивый; Не осуди на розги, судия неправый; Не пронзай главы терньем, Не давай трости в руку, сый непостоянный; И не заплевай очес скверными словами; Не заушай, хищая чуждое руками; Безстудную во очах (имеяй) зеницу, Не возлагай на Бога смрадну багряницу; Не прободай в последок копием сердца; Понесе Христос язвы за вся злая дела. О, кто силу болезни исповесть до зела? Первее счтутся звезды на небесном двори, Первее дробны капли исчислятся в мори. Никто же сего может изчислити в жизни, Кая страсти Бог за ны терпел и болезни. Довлеет Страсти и Крест всем во уме мети, На нем же Бог изволил за нас всех умрети. На Кресте Спасение наше умирает, Кроме Креста спасения да никтоже чает. В тексте рукописи пропуск Вам может быть интересно: