События в восьмом столетии первого тысячелетия

Праведный Енос, когда умножилось его племя, начал соборно славить Бога , как пишется о нем: «Сей упова призывати имя Господа Бога» ( Быт. 4, 26 ), не то чтобы до него никто не призывал имя Господне, но (по изъяснению толковников) то, что он был первым изобретателем соборного (совместного) славословия Божия. Ибо и прежде него Адам, Авель и Сиф призывали Господа, молились Ему и жертвы приносили, однако каждый из них творил сие особо и отдельно от других Енос же начал собирать вместе всех детей своих и детей от детей своих (то есть внуков) каждый день утром, чтобы соборно (совместно всем) принести Богу жертву, славословие и молитвы. Он составил некоторые песнопения и молитвы и записал их на досках, так как он привел в совершенство письмена, получившие свое начало от отца его Сифа. Ибо Сиф (как было прежде сказано) начал письмена, а Енос их завершил. Написав же песнопения и молитвы, которые составил, он передал их племени своему для соборного моления к Богу; посему-то о нем и пишется, что он начал призывать имя Господне, то есть соборно славословить и молиться Богу. Святые праотцы, вразумляемые Богом, первыми уведали, сколь велика потребность молитвы для человека, чтущего Бога! И они как сами в ней обучались, так научали ей и детей своих, внуков и правнуков. Молитва столь же нужна человеку, сколь потребна повседневная пища телу: хлеб укрепляет плоть, молитва же душу. Ибо молитва, по сказанию Лествичника, есть пища души (Лествичник. Слово 28, гл. 1). И как тело без пищи изнемогает, так и душа без молитвы. Не может душа приять от Бога благодать для своего укрепления и оживления, если не испросит ее молитвою. "Просите, – сказано, – и дастся вам, просяй приемлет» ( Мф. 7, 7–8 ). Молитва – это тот ключ к сокровищам Божиим, посредством которого всякий желающий отверзает себе дверь милосердия Божия и входит, и исходит, и пажить обретает ( Ин. 10,9 ). Не молитвою ли Илия святой отверз заключенное небо? Помолился он, и небо дало дождь, и земля произрастила плод свой. Молитва столь же нужна человеку, как воину в брани оружие; ибо наша жизнь есть непрестанная война, и мы – воюющие, а супостаты наши, невидимо против нас постоянно действующие, суть диаволы. Какой воин выходит на брань без оружия? Кто же желает победить невидимые сатанинские полки, не будучи вооруженным молитвою? Оружием враги прогоняются, а молитвою бесы. Вот мы слышим святого Златоуста, который говорит: «Если где демоны увидят нас вооруженными молитвою, они оттуда убегают так же, как разбойники и злодеи, когда видят где-либо над своею главою обнаженный воинский меч». Но и видимых супостатов сильна молитва побеждать. Не молитвою ли Моисеевою ( Исх. 17, 8–16 ) видимый враг Амалик был побежден в пустыне? Молитва столь нужна для души, заботящейся о своем спасении, сколь необходимы стены для города, осажденного иноплеменниками. Ибо душа есть город великого Царя Бога, и в этом городе добрые дела обитают как граждане, а дарования Божии хранятся как царские сокровища. Сей душевный град, о в сколь великом всегда пребывает он осаждении невидимыми врагами, которые день и ночь борются против него всеми своими лукавыми кознями, пытаются его добыть, завоевать, разорить и покорить своей темной области! Но что может возбранить злобному их намерению и отогнать многокозненную их силу? Поистине, только молитвенная стена, когда она крепка и имеет дерзновение к Богу. От этого получив помощь, град душевный соблюдается цел и невредим, как об этом мы находим много написанного в житиях святых. Молитва так же нужна всякому верному, как необходим переутомившемуся старцу в пути жезл, как сидящему в темноте ночной свеча, как загрязненному болотом чистая вода для омовения и как для созидаемого дома основание. Ибо ею мы, обремененные грехами, подпираемся на нашем жизненном пути; ею тьма и мрак наш душевный просвещаются; ею омываются греховные скверны наших душ; на ней созидаются добрые дела как на основании. Никакое доброе дело не может хорошо начинаться и созидаться, если не будет утверждено на молитвенном основании. Напрасно кто-либо начинает делание свое, если прежде не вознесет к Богу теплую свою молитву. Посему-то святой Иоанн Лествичник (в слове о молитве) и называет молитву матерью и царицей, и источником добродетелей, очищением грехов, средостением скорбей, сокрушением полков, ходатаицей дарований, просвещением ума, секирой отчаяния, извещением упования и разрешением печали и другими похвальными наименованиями ее ублажает, указывая в тех наименованиях ее силу и действенность. Нам же да будет известно, что молитва только в то время имеет сию силу и действенность, когда она, творимая нами, бывает угодна Богу. Ибо весьма часто бывает, что молитвы многих являются не только неугодными, но и мерзостными пред Богом, и не только нисколько не действуют во благое, но и вменяются в грех, как говорится в псалмах: «Молитва его буди в грех» ( Пс. 108, 7 ). Тот, кто желает, чтобы его молитва была угодна Богу, тот прежде всего должен сам в себе поучиться, как начать моление. Сирах советует: «Прежде молитвы уготови себе» ( Сир. 18, 23 ). Уготовать же себя значит прежде всего отложить всякие житейские попечения и отсечь все суетные помышления, а затем весь ум свой обратить к Богу, вперить в Него, предстать пред Ним со страхом, благоговейно и честно, как кто стоит пред земным царем. Молиться же подобает со вниманием и разумением произносимых слов, по увещанию Давидову: «Пойте Богу нашему, пойте разумно» ( Пс.46, 7–8 ), то есть внимайте и разумейте то, что читаете и поете в молитве. Ибо какая польза в той молитве, которая творится без внимания и разумения? В устах молитва, а в уме небогоугодные помышления; язык молится, а сердце прогневляет Того, к Кому молится; уста чтут Бога, а сердце далече отстоит от Него. Может ли быть таковая молитва приятной Богу, и услышит ли ее Господь? Святой Киприан говорит: «Как ты желаешь быть услышанным от Бога, когда сам себя не слышишь? Хочешь, чтобы Бог памятствовал о тебе, когда ты молишься, ты же сам о себе не помнишь» (Киприан, в книге «Мир с Богом»). Молитва без внимания есть как бы кадильница без огня и фимиама, светильник без елея, тело без души; таковая молитва – мерзость, а не угождение Владыке нашему Христу, ибо не слова, из уст исходящие, умоляют Его, но ум, всецело обращенный к Нему. Не глас гортани достигает до слуха Господа Саваофа, но воздыхание из сокрушенного сердца; и не к многоглаголанию молящегося преклоняется Господь. Кроме этого, тому, кто хочет возносить угодную Богу молитву, потребно присоединить к молению и несомненную веру в получение просимого надеждою, как учит святой апостол Иаков: «Да просит же верою ничтоже сумняся: сумняйбося уподобися волнению морскому; да не мнит человек он, яко приимет что от Бога» ( Иак. 1, 6–7 ). А святой Феофилакт говорит: «Если не верует человек, что он с пользою приимет то, о чем просит, то напрасно он творит молитву» (Толкование на Евангелие от Луки, гл. 18). И Лествичник говорит о необходимости для молитвы веры, так как последняя воскрыляет молитву, и без веры молитва на небо возлететь не может. Он указал следующие два молитвенных крыла – незлобие и милость, дабы прощать согрешившему и подавать просящему. Если ты желаешь что-либо испросить себе у Бога, то ты прежде всего сам не презри просящего у тебя. Если желаешь умолить Христа о прощении своих согрешений, то прежде прости сам брату твоему, опечалившему тебя. И Евангелие учит не прежде приносить Богу дар с молитвою, пока не совершится примирение с братом, и разрушится вражда ( Мф. 5, 23–24 ). И многое другое, подобающее доброй молитве (о чем подробно мы ныне не говорим), пусть собирает себе хотящий богоугодно молиться, как, например, пост, воздержание, безмолвие, долготерпение, труды и умерщвление своих вожделений. При всем этом наиболее важным является то, чтобы молитва совершалась с чистою совестью. «Аще бо сердце наше (то есть совесть) не зазрит нам, – говорит Апостол, – дерзновение имамы к Богу, и еже аще просим, приемлем от Него, яко заповеди Его соблюдаем» ( 1Ин. 3, 21–22 ). Вот признак доброй и богоугодной молитвы: сердце незазорное, совесть чистая, не снедающая внутри и не обличающая пред Богом, не постыжающая молитвы и сохраняющая заповеди Божий. Дерзновение к Богу действует в нас тогда, когда мы соблюдаем Его заповеди; и в то время мы приемлем от Него то, что просим. Чтобы достойно мы могли помолиться к Господу нашему, мы должны прежде всего очистить совесть нашу истинным покаянием и держаться сохранения заповедей Господних, иначе же невозможно Его умолить ни о чем. По какой причине Бог иногда не внемлет молитвам грешных? Потому, что они не слушают повелений Его. Об этом ясно говорит Приточник: «Уклонивый ухо свое не послушати закона (Господня), сей молитву свою омерзил» ( Притч. 28, 9 ). Мерзка пред Богом молитва грешника не кающегося и не повинующегося законам Божиим. И как такой грешник может умолить Бога, Которого постоянно днем и ночью тяжело опечаливает? Послушаем, что Господь Бог чрез уста Своих пророков вещает к нераскаивающимся грешникам: «Понеже наполниша землю беззакония и обратишася разгневати Мя, ...и Аз убо сотворю им с яростию , и не пощадит их око Мое, и не помилую; и воззовут во уши Мои гласом великим, и не услышу их» ( Иез. 8,17–18 ). Вот мы видим, что именно делает нашу молитву пред Богом неблагородной и мерзкой и восставляет Его более на гнев, чем на милосердие: это совесть наша злая, грехи наши, от которых мы не хотим отстать и покаяться. Как язва на теле, которая имеет засевшее в себе железо, никаким образом не может исцелиться; если прежде всего из нее не будет извлечено железо, точно так же невозможно и умолить Бога о прощении грехов, если прежде всего мы не изгоним из нашей души грехи наши и не возненавидим их. Все сие о молитве говорилось вкратце, а в остальном да просит каждый от Самого Бога молитвенного дара, Который Сам научает молитве молящегося: «Ниже бо вемы помолитися, якоже подобает, аще не Он наставит нас Духом Своим Святым» ( Рим. 8, 26 ). Хорошо послушать и совет Давида, который говорит: «Насладися Господеви, и даст ти прошения сердца твоего» ( Пс. 36,4 ). Каким же образом «насладитися Господеви», об этом желающий да вопросит у любви Божественной, и та научит; знают сие те, которые постигли, что есть теплая любовь, обращенная к Богу, и каково ее учение. Каинан, сын Еносов, прожив 170 лет, родил Малелеила . После же рождения его пребывал в чадородии 740 лет и родил многих сыновей и дочерей. Вам может быть интересно: