События в девятом столетии второго тысячелетия

Как при предыдущей, так и при этой таблице летосчисления не нашлось никакой истории. Отсюда можно понять, что в сии лета ничего не делалось, кроме грехов человеческих. Посему и здесь, дабы место не оставалось пустым, мы будет говорить о греховном зле сколь велика происходит от него пагуба. Грех светлого ангела в темного сатану претворил и низринул с небес. Грех Адама из рая изгнал и навел на весь род человеческий проклятие и смерть. Грехи, умножившиеся среди людей первого мира бесчисленные тьмы народов покрыли водами потопными и погубили́ Грехи прескверные Содом и Гоморру, а также и окрестные их города огнем сожгли, умучили многими ранами Египет, наконец, Фараона со всею воинскою силою погрузили в море. По причине грехов израильтяне, изведенные Богом из Египта, не вошли в обетованную землю, но умерли в пустыне. Грехи толщу земную под Дафаном и Авироном даже до ада разверзли, превращали людей в скотов (как Навуходоносора) и в бесчувственные столпы (как жену Лотову) и никого никогда не пощадили, но принесли всякому согрешающему суд и наказание от Бога. Грехи человеческие даже и Самого Сына Божия, неповинного, праведного и преподобного, «иже греха не сотвори, и лесть не обретеся во устех Его» ( 1Пет. 2, 22 ), ко кресту пригвоздили. И разве они пощадили какого-либо грешника? Грехи великие низложили с престолов сильных, превратили царства, разорили города, рассеяли воинственные полки, опустошили страны и по сие время делают то же. О сколь велика лютость грехов! Хорошо увещевает Писание: «Якоже от лица змиина бежи от греха: аще бо приступиши, угрызнет тя» ( Сир. 21, 2 ). Нет большего зла в поднебесной, как грех. Болезнь ли, или напасть, или нищета, или гонение, или какая-либо беда и злострадание – все это не столь велико зло, как какой-нибудь смертный грех. Святой Златоуст говорит следующее: 'Такой-то нищ и нищета есть зло. Что же недуг? Что же слепота? Все это ничто, о человек! Ибо одно есть только зло – прегрешение» (На Послание к Ефесянам, гл. 5). Почему же всякие беды и злострадания в мире сем ничто по сравнению с грехом, а грех – самое большое зло? Потому, что все бедствия временны, грех же мучит вечно; если он и прощен будет, однако у самого согрешившего навсегда останется в памяти. Как полученная на теле язва если и исцелится, все же оставляет знак язвы, так и в душе согрешившей и прощение от милосердия Божия получившей, если она в Царстве Небесном водворится, все же в ней останется памятование о грехе, как навсегда пребывающий пред очами знак бывшей язвы. И человек, взирая на явленное ему неизреченное Божие милосердие, одновременно с этим будет видеть и то, в чем милосерд был к нему Бог, простивший ему великий грех, и не один, а столь многие грехи. С созерцанием милосердия Божия будут созерцаться человеком и те дела, которыми он в жизни временной прогневал столь доброго и столь преблагого Бога. Итак, содеянный грех, хотя бы он был прощен и предан забвению у милосердого и непамятозлобивого Бога, пребудет в памяти его содеявшего. Ты скажешь, что в пророчестве Иезекиилевом пишется: «Беззаконник аще обратится от всех беззаконий своих, вся согрешения его, елика сотворил, не помянутся ему» ( Иез. 18, 21–22 ). Отвечаю. Не потянутся с тем, чтобы они явились причиною гнева Бога, обличения и наказания, ибо один раз прощенные грехи прощены вовеки. Однако памятование о них не прекратится, так как Бог помнит все прошедшее будет помнить вовеки. Память человека не забудет никогда все свое прежде содеянное и в простившем ему Божием милосердии будет видеть бывшие прогневания. Каким же образом он будет знать величие Божьего милосердия, если не припомнит многочисленности своих грехов, и о том станет славить в бесконечные веки и благодарить незлобивого Бога, что Он ему простил такие и столь многочисленные грехи и беззакония? Грех есть бесконечное зло, ибо не только будет вечно мучителен в аду для непокаявшихся грешников, но и для покаявшихся, прощения сподобившихся и с праведными вчиненных в Царствии Божием он будет вечно памятен, и памятен не для обличения или постыжения, но для прославления Божия милосердия. Да будет здесь в свидетельство приведен святой Дорофей, о памятовании грехов беседующий следующим образом: «Души, как говорят святые отцы, все помнят, что было здесь содеяно: и слова, и дела, и помышления, и ничего из сего не могут тогда забыть. Если же говорится в псалме: «В той день погибнут вся помышления их» ( Пс. 145, 4 ), то сие говорится о помышлениях века сего, то есть о попечениях, созиданиях, стяжаниях, родителях, чадах и всяких даяниях и приниманиях. Все сие погибает, когда душа разлучается с телом, и она ни о чем из сего не заботится и не вспоминает. Но что она сделала по добродетельности или по греховной страсти, то она помнит, и ничто из сего не погибает. Но если и пользовал кто кого, или тот пользу получил от кого, то всегда помнит и пользовавшегося, и пользовавшего. Точно так же если и пакость принял кто от кого, или тот содеял пакость кому, то всегда помнит и пакость содеявшего, и принявшего пакость. И ничего, как я сказал, душа не забывает из того, что содеяла в мире сем, но все помнит после разлучения с телом, и помнит еще яснее, еще очевиднее после изменения сего земного тела» (Слово о страхе будущего мучения). Говоря сие, святой Дорофей приводит и иного свидетеля: «Однажды об этом я говорил с неким великим старцем; и говорил сам старец, Что помнит душа после своего исхода из тела те страсти, которые Действовали, и грехи, и лица, с которыми она действовала. Я же, желая знать, вступил в спор о многом, и не повиновался старец, говоря, что и самый тот вид греха душа помнит, и то самое место, и то самое лицо, с которым согрешила». Отсюда становится ясным, что по кончине не забвенны, но вечно памятны бывают грехи его. Разве только в том будет разница, что осужденный грешник в муках будет помнить грехи свои на большее мучение своей совести, а тот, который получит милость Господню будет помнить на большее прославление великого милосердия Божия́ простившего ему грехи. Как царева милость, кротость и незлобие постольку бывают более прославляемы, поскольку щадит царь согрешивших против него и прощает их, милосердствуя о них, и как искусство врача тем более превозносится, чем большие и неисцельные он врачует язвы, точно так и милосердие Божие тем более и более будет прославляемо вовеки, чем более будет видно в Небесном Царствии грешников пощаженных, прощенных, от греховных язв уврачеванных, очищенных и к праведникам причтенных. Грех есть столь великое зло, что человек сам собою без содействия Божия милосердия никогда не может за него дать полное удовлетворение, хотя бы он и тысячу лет жил и все это время проводил в покаянии, трудах, в посте, в молитвах и слезах. «Если бы, – как говорит святой Иоанн Лествичник , – и всю вселенную грешник побудил за себя плакать, если бы он и реку Иордан всю в свои слезы претворил и каплями из своих очес извел, если бы и тысячами смертей за Христа пострадал, то и тогда подобающего долга за свои грехи не мог бы воздать. Ибо не может кровь его сравняться с кровью Сына Божия, пострадавшего за нас». Один грех Адамов, содеянный в раю, был столь тяжек, что премногие слезы всех святых праотцев и пролитая кровь пророков не могли его возместить, но необходимо было, чтобы Сам Сын Божий, сойдя с небес, воплотился и пострадал, и Своею кровию за грех человеческий воздал долг Божию правосудию. Что же мы сотворим? Не за один, а за бесчисленные тяжкие грехи наши какое мы содеем удовлетворение? Чем возмерим и воздадим за долги наши, если не поищем Божия милосердия? Но и поискав не обрящем сего, если прежде не отстанем от грехов, ибо невозможно умилостивить Бога, продолжая согрешать. Грех такое зло, что он не только совершающего его губит, но и других неповинных, находящихся при согрешающем, вводит в беды. Ради греха Ионы, плывшего в корабле, и другие с ним бывшие бедствовали в волнении и отчаивались в жизни своей, ибо была великая буря в море, и корабль подвергался опасности сокрушиться. Также и тот корабль, о котором пишется в Евангелии, покрывался волнами не столько по причине случившегося бурного ветра и великого волнения в море, сколько по причине греха, бывшего в Иуде. Так по этому вопросу думает святой Амвросий Медиоланский , который говорит: «Хотя и много добрых дел учеников Христовых плыло в корабле, однако корабль неверием предательным подвергался опасности от волн», то есть ради самого неверного Иуды возмутилось море, не перенося, чтобы он плыл по нему; хотя он тогда еще и не помышлял предать Христа, однако, видя Христовы чудеса, был одержим неверием, а ради его греха и святые апостолы были в трепете от волнения и бури. И во время потопа с грешными людьми погибли и звери, и скоты, и птицы, ни в чем не согрешившие пред Богом. Ныне же в мире, как в волнующемся море, о сколь много бед находят по причине грехов! Вместе с виновными страдают и неповинные, ибо чужие грехи бывают причиною бедствования и несогрешивших, как в древности случилось и в Израиле: один согрешил Давид, а все царство по причине его греха весьма бедствовало ( 2Цар. 24, 15–17 ). Грех наш есть столь великое зло, что он и Самому Богу доставляет некий труд! Святой пророк Исайя говорил, обращаясь к царю израильскому Ахаву и всему его синклиту: «Слыши, доме Давидов, еда мало вам есть труд даяти человеком, то како Господеви даете труд?» ( Ис. 7,13 ), то есть не достаточно ли вам утруждать людей убогих тяжкими работами, немилосердно на них налагаемыми, и творимыми вами им обидами, озлоблением, притеснением, как еще и Бога не ужасаетесь утруждать вашими грехами? Ибо вы доставляете труд Господу, совершая неправды и беззакония. Но и Сам Бог в пророчестве Исаиином говорит к согрешившему Израилю: «Во гресех твоих и в неправдах твоих утрудил еси Мя» ( Ис. 43, 24 ). Удивительно и ужасно сие Божие слово, в котором говорит, что Он утруждается, когда человек согрешает: 'Утрудил Мя еси, – говорит, – во гресех твоих». Разве Бог трудится или помогает человеку, когда тот согрешает? Воистину трудится, как изъясняет Иеронимов перевод: «Работати Мя сотвористе во гресех ваших». Внемлем, каким образом Бог трудится и работает, когда мы согрешаем? Бог содержит жизнь всякого человека, верного и неверного, праведного и грешного: «Вси бо о Нем, – как говорит Апостол, – живем и движемся, и есмы» ( Деян. 17, 28 ). Содержа нас, создавший нас Вседержитель содействует нашему естеству во всех деяниях, добрых ли, или злых: в добрых помогая, а в злых не лишая нас жизни, дыхания и Движения нашего, содержимого рукою Его и хранимого Его милосердием. И нет в жизни нашей такого деяния, которое совершилось без Божьего содержания нас и без Его содействия нашему естеству, ибо без Него мы не можем даже однажды вздохнуть и двинуть хотя бы одним перстом. Если бы Бог человеческой жизни и движения не содержал или если бы на одну черту времени, на одно мгновение ока отнял Свое содержание, то тотчас человек стал бы мертв. Отсюда можно понять, каким образом Бог работает и трудится, когда человек согрешает: когда человек совершает какой-либо грех, содействует его естеству, содержа человека, не отнимая от него Своей вседержительной силы, сохраняющей жизнь и движение грешника, и не допуская, чтобы он в самом том греховном деле внезапно умер, был похищен невидимым врагом и низведен в ад. Так Он содействует грешнику, не хотя сего, ибо как не желает смерти грешнику так не хочет отнять и свободную волю и власть у человека, которую даровал ему по образу Своему. Не желая трудиться, Он работает препобеждая Самого Себя. Ибо правосудие Его требует для того мести, чтобы Он тотчас казнил его и погубил грешащего в самом деле греховном, но Его человеколюбивое благоутробие и милость удерживает мстительную руку правосудия, милосердствует, не погубляет, долготерпит и ждет обращения грешника. Правосудие Его воспламеняется праведным гневом на творящего беззакония, а милосердие утоляет гнев, заступает, умилостивляет. Божие правосудие изощряет меч, чтобы казнить грешника, милосердие же Его приготовляет врачевство целебное, чтобы исцелить греховные язвы грешника. Божие правосудие отверзает геенну огненную для грешника, а милосердие открывает пред лицем Отца Небесного язвы Христа в руках и ногах, прободенного в сердце и ребра, язвы, принятые им ради грешника. И так Бог трудится, препобеждая гнев Свой милосердием Своим, и работает Своим содержительством согрешающему в его грехах. Однако Он Сам не является сообщником во грехах грешника и не виновен в злом деле его, ибо Бог не в злом изволении греховном содействует и помогает грешнику, но только в его жизненных естественных силах, Им, нашим Богом Вседержителем, движимых. И как у человека, который при ходьбе хромает, душа его с ним не хромает, хотя он хромает будучи не бездушным, так и в грехе согрешающего грешника Бог, содержа жизнь его и содействуя естественному его движению, не является причастным его греху и ни виновным, но виновна данная ему Богом и неотъемлемая самовластная воля человеческая. Она именно вопреки воле Господней совершает грех, когда Бог сему не соизволяет, хотя и сохраняет жизнь грешника, несмотря на то, что Ему, Владыке, мерзостен грех согрешающего. И воистину дивно долготерпение Божие, как Он грешащего человека терпит, не погубляет его в беззаконии в самый час совершения скверного греха! Слава столь многотерпеливому милосердию Его! Хотя Бог и терпит не без труда злодеяния грешника, не погубляя его, когда он совершает грех, но однако гневается сильно на некающегося и готовит ему месть за грехи. И настанет столь грозное время, когда долготерпение Его претворится в неукротимую ярость и человеколюбие сменится враждою: 'Тогда умыет руце Свои в крови грешника» ( Пс. 57, 11 ). И что может быть ужаснее сего зла, виновником которого бывает грех наш? О сколь велико и неизреченно зло грех, поскольку всесильного Бога, жизнь нашу содержащего, утруждает и побуждает на бесконечный гнев премилосердного Отца! Многие угодники Божий, боясь сего зла, более желали впасть в беды муки и смерть, чем совершить какой-либо великий грех и прогневать Создателя своего. Иосиф Прекрасный в Египте предпочел страдать в темнице и узах, нежели грехом столкнуться с Богом, ибо говорил прелестнице: «Како сотворю дело злое сие и согрешу пред Богом?» ( Быт. 39, 9 ). Целомудренная Сусанна в Вавилоне предпочла лучше умереть, чем согласиться на грех, ибо говорила бесстыдным и неправедным судьям: «Изволеннее есть ми не сотворши греха впасти в руце ваю, неже согрешите пред Богом» ( Дан. 13, 23 ). А святой старец Елеазар, принуждаемый к преступлению закона, что отвечал? «Лучше ми есть, – говорил, – абие воврещися во ад, неже прогневати Бога моего преступлением святаго Его закона» ( 2Мак. 6, 23–28 ). Кому ад не страшен? А угодник Божий лучше предпочитает быть в аду, чем согрешить и прогневать Бога. Ибо гнев Божий ужаснее всех мук и смертей, хотя бы и адских. Не вопиют ли грешники в Откровении Богослова к горам и камню: «Падите на ны и покрыйте ны от лица Сидящаго на престоле и от гнева Агнча: яко прийде день великий гнева Его, и кто может стати?» ( Апок. 6,16–17 ). Также и Иов святой не молится ли о том, чтобы он был сокрыт во аде, пока не прекратится гнев Господень ( Иов. 14,13 )? Столь страшен гнев Божий, которого мы, окаянные, ныне не боимся и, дерзая в бесстрашии нашем согрешать, собираем себе гнев на день гнева и суда Божия! ( Рим. 2, 5 ). Вам может быть интересно: