Практическая симфония для проповедников Слова Божия

Содержащая в алфавитном порядке своды библейских текстов на разные догматические, нравственные и церковно-практические истины Приложение. Отдел I. Рассказы Приложение. Отдел II. Сравнения и подобия Настоящая книга представляет собою первый опыт практической симфонии для православных пастырей-проповедников. Как увидит читатель, она состоит из собственно симфонии и двух отделов приложения к ней, тесно связанных тою целью, которая имелась в виду составителем: дать в руки проповедника практическое пособие наподобие симфоний, которое в удобном для справок – алфавитном – порядке содержало бы в себе весь наиболее необходимый материал для всех видов церковной проповеди и вне богослужебных собеседований с народом о самых разнообразных предметах христианской веры и нравственности 1 . В собственно симфонии читатель найдет систематические своды библейских текстов, выписанных полностью и сгруппированных в отделы – понятия (таковых понятий в книге 184) – по единству мысли и содержания и расположенных в алфавитном порядке 2 . Каждое понятие заключает в себе, по возможности, все ветхо- и новозаветное учение о той или иной догматической, нравоучительной или церковно-практической истине, причем мы, как сказано выше, не ограничиваемся голым указанием цитат или приведением начальных слов текстов, но приводим преимущественно по русской Синодальной Библии самые тексты. Думается, что такой способ приведения библейских текстов не только представляет громадное удобство, сокращая на приискивание их время, драгоценное для пастыря, занятого, помимо проповедничества, исполнением множества других обязанностей по отправлению церковного богослужения, треб, церковного письмоводства и отчетности, законоучительства в церковно-приходской школе, не говоря о необходимых занятиях по дому и хозяйству, – но и дает ему возможность пользоваться, на сколько можно совершеннее, всею сокровищницею слова Божия, этого ничем незаменимого, драгоценного источника всякой пастырской проповеди, получающей от библейского освещения всю свою убедительность, назидательность и весь авторитет. Удержать же в памяти все содержание Библии, дать ответ на основании слова Божия всякому вопрошающему относительно того или другого частного случая – едва ли возможно для всякого священнослужителя без надлежащего справочного пособия. А между тем, отсутствие библейского обоснования ничем не может быть вознаграждено для проповеди, которая – повторим опять – получает свою силу только от слова Божия, а не от человеческой мудрости и красноречия. Мало того: обсуждение и решение почти всякого проповеднического вопроса лучше всего может быть исполнено не только по руководству, но и по плану библейской симфонии. Вот почему такой великий современный церковный вития, как преосвященный Амвросий, архиепископ харьковский, настойчиво советует всем проповедникам пользоваться библейскими симфониями 3 . Позволим себе также сказать, что и для всякого благочестивого мирянина, проверяющего себя, в своих воззрениях и мнениях догматического и этического характера, по руководству слова Божия, настоящая книга может быть полезна, являясь как бы некоторым пособием при пользовании священно-библейскими книгами. К сказанному мы должны присовокупить и то, что, имея в виду выдвинутая в наше тревожное для веры и церкви время задачи миссионерской борьбы с измышленным «ново-христианством», расколом, неверием и сектантством мистического и рационалистического характера, мы приложили все наше старание к тому, чтобы в нашей библейской практической симфонии были помещены, помимо общего экзегетико-гомилетического библейского материала догматического, нравственного и церковно-практического характера, все, по возможности, тексты из священно-библейских книг, которые служат к полному опровержению лжеучений и сектантства всякого рода. В приложении, отдел первый, мы поместили ряд по возможности кратких духовно-назидательных рассказов в алфавитном порядке понятий. Цель их – оживлять проповедническую речь, сообщать ей живость, занимательность, наглядность и общедоступность. Общеизвестен факт, что проповедь пастыря, если он сопровождает ее живыми примерами веры и благочестия, – если он направляет свое слово от ощущений к представлениям, от представлений к понятиям, от понятий к суждениям, от суждений к умозаключениям (а не наоборот), – будет гораздо интереснее, доступнее и удобнее для восприятия, нежели в том случае, если она состоит из одних сухих суждений и отвлеченных умозаключений. В виду сего и состоявшееся в 1890 г. определение Св. Синода о свойствах современной пастырской проповеди и вне богослужебных собеседований с народом 4 предлагает руководственное правило для пастырей-проповедников: подтверждать свое слово или беседу «указанием на пример людей добрых и Богу угодивших». Конечно, примеры благочестия или духовно-нравственные рассказы этого рода должны быть заимствованы из вполне достоверных источников, отличаться живостью, интересом, силою убедительности и, в особенности, краткостью . Длинные рассказы, прерывая нить мыслей и отвлекая от главной цели пастырского назидания, здесь не годятся. Найти же всякий раз подходящие примеры благочестия не для каждого пастыря-проповедника удобно: иной раз нет надлежащих пособий, в другой раз нет времени приискать те рассказы, которые отвечают своей цели 5 . О пригодности предлагаемых нами кратких рассказов, как проповеднического материала, судить предоставляем тем, кто будет пользоваться ими. Мы же в своей личной проповеднической деятельности находим от собрания их громадное удобство и видимую пользу. Что касается второго отдела приложения, то он состоит из нескольких сот (800), подобранных нами под 157 понятий, так называемых сравнений и подобий , назначение которых – путем сопоставления отвлеченных истин догматического или этического характера с сходными предметами или явлениями из внешнего, доступного нашим чувствам мира, сделать эти истины наглядными и удобоприемлемыми даже для малоподготовленных слушателей. Конечно, сравнение не есть доказательство и ни в каком случае не может заменить его 6 . Но опыт показывает нам, что если проповедник или оратор, сам всеми силами души своей убежденный в том, что говорит, сумеет выставить истину во всем блеске ее величия, при помощи сравнений, подобий, противоположностей и примеров, то очень часто для убеждения слушателей не представляется уже нужды в доказательствах; истина, как такая, в силу своей неотразимой и божественной красоты, открывается им сама собою и принимается ими всем сердцем – этим центром духовно-нравственной жизни человека, господствующим над умом и волею. Действительно, рассматривая произведения лучших светских и духовных ораторов всех времен и народов, мы замечаем, что сравнения и уподобления, притчи, рассказы, противоположения и т. п. приемы всегда употреблялись ими с несомненным и неизменным успехом. И опять скажем, что труд найти удачные сравнения и подобия не с целью блеснуть каким-либо красноречивым оборотом, но единственно для того, чтобы приблизить к сознанию своих слушателей, часто младенцев в вере и умственном развитии, необходимый истины веры и благочестия более или менее отвлеченного характера, – такой труд далеко не легок для всякого пастыря, особенно сельского, бедного, не владеющего обширною библиотекой. Поэтому мы думаем, что наш опыт собрания расположенных в алфавитном порядке сравнений не будет лишним в гомилетической литературе. Таково содержание нашей книги. Нам кажется, что она идет навстречу сильно созревшей в последнее время потребности в постоянной, живой, общедоступной проповеди. Наше время, отличающееся необычайным усилением религиозного вольномыслия и даже неверия, упадком добрых нравов и заметным разложением частной, семейной и общественной жизни вследствие уклонения от идеала евангельского учения, всюду, во все сферы человеческой жизни вносящего свет истины, утешение, радость, благополучие и оздоровление, требует от пастыря необычайной энергии в святом деле проповеди слова Божия. Высокопреосвященнейший митрополит московский Владимир в своей речи при вручении жезла епископу Трифону (1 июля 1901 г.) характеризуем современное положение Церкви следующими знаменательными словами, с которыми нельзя не согласиться: «Кто не знает, какое тяжелое, какое смутное время переживает сейчас наша Церковь ! Никогда на ниве Христовой не было столько плевел, как ныне. Никогда враг человеческого спасения – диавол – не употреблял столько усилий к разрушению царства Божия на земле, как теперь. Никогда враги Церкви не ополчались на нее с таким ожесточением, как сейчас. Ратуя против нее опаснейшим из оружий – оружием развитой мысли и соответственного ей слова, они по всем направлениям изрыли область христианской веры, не оставив нетронутой ни одной из ее истин. Теперь разом мы имеем перед собою все заблуждения, какие когда-либо существовали, и несколько таких, которые, по крайней мере, в настоящем своем развитии, никогда еще не существовали. И этот всеотрицающий, всеколеблющий, всеразрушающий дух неверия и вольномыслия, как язва, как смерть ( Иер.9:21 ), – скажем словами пророка, – усиливается проникнуть не только сквозь наши двери, но и сквозь окна и щели, и хочет, во что бы то ни стало, все у нас переделать по-своему» (см. «Московские церковные ведомости», 1901 г., № 28). К этим грозным и вместе безусловно правдивым словам первосвятителя московской церкви, указывающим, что все служители слова Божия должны немедленно вооружиться духовным мечом –проповедью и стать на высоте и ответственности своего великого призвания, мы должны прибавить, что если пастырская проповедь будет отвлеченною, мало доступною, книжною, – если она не будет следить за явлениями жизни и отвечать во всеоружии слова Божия своевременно на запросы времени, – если она будет производиться по книге или тетради, как бы тем свидетельствуя, что проповедник берет свое слово не из сердца 7 , а из книги, – если проповедь будет сухая, вялая, заказная, а не вдохновенная, пламенная, живая, сердечная, способная потрясти сердца слушателей и подвигнуть их волю ко всему святому, истинному, великому и прекрасному, – если слово проповедника расходится с его жизнью, – то очень мало будет пользы от всяких пособий к проповедничеству и от самой проповеди. Это потому, что религиозные знания и в особенности религиозная жизнь развиваются по другим законам, нежели всякие другие знания. Для последних требуется лишь верность, ясность, точность сообщений; для успеха же проповедника веры безусловно необходимо присутствие в нем самом искренней, сердечной веры и, как свидетельства ее, доброй, по возможности, жизни. «Несравненно меньше, – скажем словами одного духовного журнала, – чем какое угодно другое, религиозное учение мирится с передачей его остывшим сердцем и, так сказать, в охлажденном состоянии. Пусть поразмыслит об этом каждый, облекающийся в учительскую тогу и не имеющий внутреннего расположения к проповедуемому учению! Напрасно воображал бы таковой, будто можно учить религии. Хотя бы он самым основательным образом усвоил содержание христианского учения и хотя бы излагал его с мастерством первоклассного оратора, при всем том он принесет больше вреда, чем пользы. Конечно, было бы несправедливостью совершенно отрицать то, что посредством одного учения там и здесь, особенно в восприимчивых сердцах, может воспламениться искра жизни или накопиться такой материал, который при благоприятных обстоятельствах разгорится ярким пламенем. Но все-таки больше получится вреда, чем пользы. Очень многие прозелиты заразятся религиозным равнодушием своего учителя, и те, которые сильнее других алкали и жаждали Божьей правды, тем решительнее отвернутся от такого учения, которое предстало их умственному взору в виде бездыханного трупа». (См. в «Христианском чтении», вып. 7-й, 1901 г. июль, стр. 7–8, статью профессора о. Аквилонова). Но сильна благодать Божия, велика милость к православной Церкви на св. Руси: никогда не оскудевали в ней и, смеем думать, никогда не оскудеют вдохновенные проповедника слова Божия, сильные делом и словом, потрясающие сердца своих слушателей и ведущие их от мрака и лжи к свету Христовой истины и правды. Верим и надеемся, что и ныне, как много раз ранее, нападения врага спасения на словесное стадо Христовых овец будут верно и победоносно, хотя не сразу, без шума и блеска, отражены архипастырями и пастырями Христовой Церкви. Временное ослабление энергии, в коем не всегда виновны пастыри, не значить потеря ее, – временный сон не значит смерть. Настает и уже настало великое пробуждение, по зову архипастырей, многочисленного сонма православных пастырей-проповедников. Во всех епархиях, городах и многих весях св. Руси уже раздается настойчивое, живое, вдохновенное слово служителей Слова; деятельно ведутся за богослужением и вне его беседы о св. вере и нравственности, слышится пастырская импровизация, устраиваются публичные богословские чтения. В виду сего, повторим, что всякое практическое пособие для проповедников слова Божия, в роде Практической симфонии 8 , теперь, благовременно и желательно. Судить о достоинствах настоящего пособия предоставляем нашим сослужителям, которые по духу Христовой любви простят недосмотры его составителю в надежде на исправление их в следующем издании, если Господь судит нам дожить до него. Москва, 16 августа, 1901 г . Протоиерей Григорий Дьяченко . У составителя этой симфонии были под руками в качестве пособий след. книги: 1) Biblischos Kasual – Text-Lexicon. K. Haupt. 3 Auflage. Leipzig. 1893. 2) Dictionnaire des parallèles concordances et analogies bibliques par Lambert. Paris. 1862. 2-ed. 3) Cимфония на в. и нов. завет, кн. Барятинской. 4) Симфония изд. ж. «Странник». 5) Статьи журн. «Миссионерск. обозрение». 6) «Душ.собесед.» 7) Наш труд: «Уроки и примеры христианск.веры, надежды и любви» и др. Этим свойством настоящая книга отличается от всех других симфоний, в которых тексты помещены в азбучном порядке, на основании простого звучания начальных слогов в слове – без всякой внутренней их связи и логической близости их между собою, при чем приведены только начальные слова стиха, а не весь стих, или даже сделана одна только ссылка на главы и стихи без самых текстов. См. «Церковные Ведомости», изд. при Св. Синоде за 1890 г., №26. В состав настоящих духовно-назидательных рассказов внесена только незначительная часть (1/10) из наших книг, под названием: «Уроки и примеры христианской веры, надежды и любви», и то большею частью в сокращении, – гораздо большая часть их печатается здесь по новым источникам: прологам, патерикам, четьи-минеям и др. подобным книгам. Всех рассказов на 245 понятий приведено около 700. Источниками для составления этих сравнений, которых нам нелегко было найти, нам служили, главным образом, творения свв. отц. и в особенности св. Иоанна Златоустог о, Макария Египетского , Григория Богослова , Симеона Нового Богослова ; из наших отечественных учителей Церкви творения св. Тихона Задонского , Димитрия Ростовского и др. также были полезны для нашей цели. Затем, значительное число удачных и сильных сравнений мы нашли в проповедях Филарета, митрополита московского, Иннокентия херсонесского, прот. Нордова и др. Некоторые сравнения заимствованы нами из «Духовного Цветника» и др. сборников духовно-нравственного чтения. Если где не указана при сравнении цитата, то это значит, что мы приводили его или по памяти из прочитанного, или составляли сами. Само собою разумеется, что от начинающих проповедников на первых годах их проповеднической деятельности нельзя требовать свободной импровизации. Довольно для них, если они будут в это время усердно проповедовать слово Божие по руководству лучших проповеднических сборников. Со временем они перейдут к свободному произношению своих поучений, сначала говоря наизусть, или вообще без тетрадки, готовые поучения, разучивая их, конечно, не с букв, точностью, а потом переходя к импровизации, руководясь и здесь на первых порах готовыми конспектами проповедей. Для сего нами и составлены книги: «Ежедневные поучения, Полный годичный круг поучений и т.п.» (первая ступень); «Проповедническая энциклопедия, или Спутник пастыря проповедника», заключающая в себе подробные планы (вторая ступень); «Друг церковного импровизатора», содержащий в себе краткие конспекты (третья ступень). Составители наших старинных симфоний, говоря о пользе и необходимости своих трудов, писали, что «читая книги Священного Писания, хотя и неоднократно и с большим вниманием, трудно, даже совсем невозможно удержать в памяти все тексты, относящиеся к известному понятию». «Всех же священного Писания книг главы, что в которой содержится, или паче всякий священного Писания текст, в которой книге и главе, еще и в котором стихе имеется, помнить выше человеческие силы есть». Еще труднее, конечно, запомнить и, в случае нужды, подыскать для того или иного изречения св. Писания параллельное или вполне соответствующее ему по мысли и по слововыражению изречение из других книг или мест того же св. Писания. Между тем, то и другое существенно важно и необходимо для каждого христианина. «Нужда есть священного Писания знати, яко то вечного нам живота есть мати», говорит составитель другой старинной симфонии, ссылаясь на известные слова Спасителя: испытайте писания, яко вы мните в них имети живот вечный, и та суть свидетельствующая о Мне ( Ин.5:39 ). Еще необходимее то и другое по словам того же, составителя симфонии, Иоанна Ильинского, проповедникам слова Божия, которым «нужда есть поучительные слова свои доводами священных писаний утверждати, именуя книгу и главу, в которой оное писание имеется». С особенною ясностью, глубиной и убедительностью важное значение такого знания для проповедника слова Божия раскрыто в Бозе почившим высокопреосвященным Амвросием, архиепископом харьковским, в известном его сочинении: «Живое слово». Здесь он, между прочим, пишет: «по свойственной человеку забывчивости, и при основательном знании священного Писания, особенно под старость, иногда приходится с некоторым трудом отыскивать требующиеся тексты, и на это много времени тратится при составлении изредка писанных проповедей; но когда нужно преподавать устное поучение на каждый праздник приходской священник, – тогда нет возможности долго отыскивать в Библии необходимые изречения. Между тем, при произнесении поучения можно по памяти текст привести не точно, или изречение одного священного писателя приписать другому» («Живое слово», ст. 113). В таких трудных и неудобных положениях могут оказываться не одни церковные проповедники, а и оо. законоучители, миссионеры и богословы-писатели, и для этих последних указанные положения могут иногда иметь еще более важное значение, чем для проповедников, или в виду заведомо критического со стороны слушателей отношения к словам, напр., миссионеров, или потому, что слова эти, преданный печатному тиснению, закрепляют допущенную в них ошибку на долгие годы и для многих. А к каким нежелательным последствиям могут повести подобного рода явления, об этом с достаточною убедительностью можно судить по тем, напр., злоупотреблениям, какие делали и делают из неясных и неточных библейских цитат в святоотеческих, напр., творениях представители так называемой отрицательной критики священного текста. Все таковые и подобные им неудобства и трудности в пользовании словом Божиим сознавались, конечно, всегда, и потому естественно «от давних лет» вызывали заботу об их устранении. Простейшим средством для этого были так называемый параллельные места, или параллелизм, который в предисловии к Елизаветинской Библии (изд. 1751 г.) толкуется так: «параллелизм нарицается разных священного Писания мест между собою согласных сношение, на тот конец установленное, да темнейшая с яснейшим явленнейша будут, а яже сумнительная мнятся, та не сумнительна покажутся. И сие не есть новое изобретение, но древнейших святых отцев». Таким образом, святые отцы и учители Церкви своим примером и своими писаниями засвидетельствовали важность подобного способа изъяснения особенно трудных мест св. Писания снесением их с другими, более яснейшими, находящимися в том же писании. Указания на параллельные места делались или в особых изданиях Библии, снабженных цитатами, или в так называемых симфониях. Симфония в переводе на русский язык значит согласие, т.е. согласование, собрание воедино, в алфавитном порядке всех речений, всех слов в св. Писании, при чем цитаты, относящиеся к тому или другому речению, приводятся или в целом предложении, или в отдельной фразе, в порядке книг, их глав и стихов. Начало симфоний, точно так же и параллельных мест, относится к отдаленной древности и, судя по греческому наименованию, было, вероятно, на востоке; но первый, сохранившийся до нашего времени, труд подобного рода принадлежит западу и появился в XIII веке: это Concordantiae morales Sacrae, Scripturae Антония Падунского, жившего на рубеже XII и XIII веков. Этот первый опыт справочного словаря к св.Писанию восполнен был в том же XIII в. известным доминиканом Гуго-де-Санто-Каро при содействии целой армии монахов-доминиканов, насчитывающей в себе до 500 человек лексикографов. С изобретением книгопечатания количество этих словарей и других пособий для чтения и изучения св. Писания на западе быстро стало возрастать, и для биографического лишь перечня всего того, что сделано по этой части в западно-европейской литературе от начала книгопечатания до наших дней, потребовался бы не один том. У нас, в России, так называемая симфонии появились сравнительно поздно и притом в отрывках. Первая по времени симфония вышла в 1727 г.; ее составил на псалмы князь Антиох Кантемир; вторая симфония (Ильинского – на Четвероевангелие и Деяния) выдержала три издания (1737, 1767 и 1821 гг.); третья симфония (Богданова – на послания и Апокалипсис) имела два издания (1737 и 1821 гг.). Были симфония и на ветхозаветные книги, хотя и не на все. Так в 1823 г. в Москве издана была симфония на Моисеево Пятикнижие, 1825 г. – на учительные книги ветхого завета, в 1826 г. – на книги пророческие; остальные же 19 книг – исторические совсем не имели симфоний, да и означенные уже в половине столетия сделались библиографическою редкостью. Лет пятнадцать тому назад почти одновременно появились две симфонии на новый завет: одна – краткая, составленная княгиней Барятынской к русскому синодальному переводу нового завета, и другая – полная – к славянскому его тексту, составленная П. Гильтебрандтом и изданная им под заглавием: «Справочный и объяснительный словарь к новому завету». Вот почти все, что сделано у нас по справочно-библейской литературе до «Симфонии», составленной под редакцией известного своими многочисленными учеными трудами профессора А. Лопухина , редактора духовного журнала «Странник». Эта последняя является, таким образом, первой симфонией на русском языке, обнимающей собою Библию в обеих ее частях – и ветхозаветной, и новозаветной. Наш же настоящий труд, не претендуя на полноту этой «Симфонии», отличается от нее своим чисто церковно-практическим характером, с назначением его главным образом для проповедников и миссионеров, при чем приведение полных текстов, а не начальных слов, как в Симфонии, изд. ред. «Странника», группирование текстов по логическому их сродству, а не по алфавиту, как в той же «Симфонии» – служат главными отличиями нашего труда от прочих в том же роде.