Слово душеполезное и досточудное о страстях и добродетелях

В сочинении «Слово душеполезное и досточудное о страстях и добродетелях» прп. Иоанн Дамаскин пишет про дуалистическую природу человека, состоящего из души и тела, и подробно классифицирует соответствующие им добродетели и страсти. В начале сочинения автор выделяет 5 душевных и 5 телесных чувств, а затем переходит к перечислению добродетелей (мудрость, мужество, целомудрие, правда и др.) и телесных подвигов (воздержание, пост, бдение, нищета, молчание, рукоделие и пр.), которые называет «орудиями добродетелей». Основная часть труда посвящена анализу душевных и телесных пороков (страстей). К душевным относятся леность, гнев, зависть, тщеславие, гордость, сребролюбие, самолюбие и др. Среди телесных страстей: объядение, блуд, пьянство, воровство, убийство, праздность и др. Прп. Иоанн называет «корни всех страстей» – сластолюбие, славолюбие и сребролюбие. Особое внимание уделено механизму возникновения греха, который проходит через 6 стадий: прилог (помысел), сочетание (принятие помысла), борьба, сосложение (склонение к страсти), пленение (невольное влечение) и действие (совершение греха). Автор указывает, что в силах человека пресечь грех на самой ранней стадии – прилоге. Для умерщвления 8-ми главных страстей (чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие, гордость) предлагаются конкретные духовные средства. Автор рассматривает страсти и добродетели в контексте трехчастного деления души (словесная/разумная, раздражительная и желательная), объясняя, какие пороки соответствуют каждой части и какими добродетелями они исцеляются. Он подчеркивает, что духовные добродетели превосходят телесные, а душевные страсти гораздо пагубнее и заслуживают более сурового наказания, хотя часто игнорируются людьми. Завершается сочинение размышлением об «образе» и «подобии» Божием в человеке: «образ» (разумность, бессмертие, самовластие) дарован каждому, а «подобие» (Богоподражательные дела, такие как любовь и милосердие) приобретается лишь немногими святыми через благодать и подвиг. См. также: Душеполезное слово о добродетелях и страстях душевных и телесных пер. свт. Феофана (Затворника) Да будет известно, что человек сугуб, т.е. состоит из души и тела; а потому имеет сугубые чувства и сугубые добродетели оных. Пять чувств душевных, и пять телесных. Душевные чувства, которые от мудрых называются и силами, суть следующая: ум, мысль, разумение 2 , воображение 3 и чувство. Телесные чувства сии суть: зрение, слух, вкус, обоняние, осязание. Посему сугубы и добродетели их, сугубы и страсти. Итак всякому человеку необходимо знать ясно: какие добродетели душевные и какие телесные, и опять – какие страсти душевные и какие телесные. Душевными добродетелями прежде всего мы называем главнейшие четыре, т. е. мудрость, мужество, целомудрие и правду. От сих рождаются прочие душевные добродетели: вера, надежда, любовь, молитва , смирение, кротость, долготерпение, незлобие, благость, безгневие, божественный разум, нераздражительность 4 , простота, невозмущаемость, нелицемерность, некичливость, негорделивость, независтливость, правдивость 5 , несребролюбивость, сострадательность, милосердие, благотворение словом и делом 6 , неустрашимость, безпечалие, умиление, остыдение, благоговение, желание будущих благ, вожделение царствия Божия и желание сыноположения. Телесные добродетели, паче же орудия добродетелей, совершаемые в разуме и по Богу, без всякого лицемерия и человекоугодия, руководствующие человека к преуспеянию в смирении и безстрастии, суть следующая; воздержание, пощение, алкание, жажда, бдение, всенощное стояние, частое коленопреклонение, неумовение, довольство одною одеждою 7 , сухоядение, позднее и умеренное употребление пищи, питие – вода, спание на земле, нищета, нестяжательность, одеяние простое и недобротное 8 , несамолюбивость, уединение, безмолвие, пребывание в келлии, скудость, довольство самым необходимым, молчание, упражнение в рукоделии, перенесение всякого злострадания, и всякие телесные подвиги. Всё это весьма необходимо и полезно, когда тело здорово и боримо плотскими страстями, а немощному и при помощи Божией победившему оные не столько нужно, сколько святое смирение и благодарение, которое всё восполняет. Теперь мы должны сказать о душевных и телесных пороках, т. е. страстях. Душевные страсти сии суть: забвение, леность и неведение. От сих трех страстей око души, т. е. ум помрачённый, бывает обладаем всеми страстями, которые суть: нечестие, неправоверие, т.е. всякая ересь, хула, ярость, гнев, огорчение, вспыльчивость, ненависть к ближним, памятозлобие, злословие, осуждение, безразсудная печаль, страх, боязнь, спорливость, ревнование, зависть, тщеславие, гордость, лицемерие, ложь, неверие, корыстолюбие, любовь к вещам, пристрастие, привязанность к земному, уныние, малодушие, неблагодарение, роптание, надменность, самомнение, высокомерие, кичливость, желание начальствовать, человекоугодие, лесть, наглость, нечувствие, ласкательство, пронырство, насмешливость, двоедушие, мысленное согласие на те грехи к которым преклоняется страстная часть души, и частое размышление о них, скитание помыслов, родительница зла – самолюбие, и корень всех зол – сребролюбие, злонравие и лукавство. Телесные страсти и пороки суть следующие: объядение, лакомство 9 , наслаждение, пьянство, тайноядение, различное сластолюбие, блуд, прелюбодейство, мужеложство, нечистота, кровосмешение, деторастление, скотоложтво, греховные похотения и все противоестественые и постыдные страсти: воровство, святотатство, разбой, убийство и всякий покой и отрада телесная, особенно если тело здраво; чародейство, волшебство, птицегадания, обаяния, любоукрашение, суетная утварь, изнеженность, употребление прикрас, натирание лиц, достойная осуждения праздность, разсеянность, провождение времени в пустых играх 10 , пристрасное употребление во зло всего приятного в мире, жизнь плотолюбивая, которая, одебелевая ум, соделывает его земным и скотским, и никогда не допускает возвыситься к Богу и к деланию добродетели. Корни всех сих страстей, и, так сказать, первые причины оных суть: сластолюбие, славолюбие и сребролюбие, от которых происходит всякое зло. Но человек не согрешает никаким грехом, если прежде, как говорит мудрейший из подвижников Марк, не победят его и не возобладают им сии крепкие исполины: забвение, леность и неведение. Произрастают же они от того, что человек предается телесным наслаждениям и покою, любит славу человеческую и развлекается житейскими заботами. А первая вина всех сих страстей, и как бы злейшая матерь, как сказано выше, есть самолюбие, т. е. безрассудная любовь к телу и греховное пристрастие. Рассеянность и расслабление ума с кощунством и сквернословием бывают виною многих зол и падений, как и дерзость и смех. Кроме всего этого, должно знать, как различно и многообразно сластолюбие страстей, и сколь многие страстные пожелания 11 прельщают душу, когда она не бодрствует пред Богом, и не укрепляется Божественным страхом и любовию ко Христу, и не прилежит к деланию добродетелей. Ибо бесчисленные приносятся страстные желания, привлекающие к себе душевные очи: любление красоты телесной, богатство, наслаждения славы, склонность к лености и гневу, властолюбие, сребролюбие и любостяжание. Всё это при обольщении кажется имеющим вид светлый и вожделенный, способный привлечь тех, которые удивляются сему и не очень заботятся о добродетели, и не претерпевают трудности её. Всякая привязанность к земному и пристрастие к чему-либо вещественному в тех, которые к сему пристрастны, производят удовольствие и радость безполезную и даже вредную; а при лишении желаемого предмета, побеждённый страстью подвергается раздражительности и гневу, печали и памятозлобию, в чём и оказывается страстное действие желательной части души. Если же с пристрастием укрепится хотя и малый навык, – увы, он нечувствительно и неисцельно побуждает того, кто уловлен сокровенною этою страстию, держаться до конца жизни безрассудного пристрастия. Ибо многообразна сласть пожеланий, как выше сказано, и исполняется не только в блуде и в другом каком-либо телесном наслаждении, но и в прочих страстях; потому что целомудрие заключается не в том только, чтобы удаляться блуда и плотской страсти, но быть свободным и от прочих страстей. Посему и тот, кто порабощен любостяжанием, сребролюбием и скупостию, блудник. Ибо как тот домогается телесного наслаждения, так и сей богатства, вернее же: сей последний признаётся более блудником, так как естество не влечет его к сребролюбию с таким понуждением (как в плотской страсти). Поистинне, тот всадник считается в особенности неискусным, который не только не может укротить неукротимого и необузданного коня, но и тихого и смирного не может удержать. Отсюда видно, что желание многого имения не естественно, а отвне привходяще, так как понуждение к оному не от естества, но от злого произволения. Посему непростителъно согрешает тот, кто добровольно побеждается сим. Итак, нам должно знать ясно, что сластолюбие заключается не только в наслаждении и грехе плотском, но и во всяком образе и вещи, которые душа любит по произволению и пристрастию. Чтобы еще яснее познать страсти по тричастности души, мы рассудили вкратце приложить и следующее. Душа разделяется на три части: словесную (разумную), раздражительную 12 и желательную. Согрешения словесной части суть следующие: неверие, ересь, безумие, хула, неблагодарность и согласие на те грехи, к которым склонна страстная часть души. Исцелением же от сих зол и уврачеванием служат: несомненная вера в Бога, твердость и непоколебимость в истинности догматов православия, частое поучение в Божественном Писании 13 , чистая и непрестанная молитва и благодарение Богу. Согрешения раздражительной части души сии суть: немилосердие, ненависть, несострадательность, памятозлобие, зависть, убийство и постоянное о сем размышление. Исцеление же и врачевство сих страстей: человеколюбие, любовь, кротость, братолюбие, милосердие, незлобие и благость. Согрешения желательной части души суть следующие: объядение, лакомство 14 , пьянство, блуд, прелюбодеяние, нечистота, студодеяние 15 , любостяжание, желание суетной славы, злата и богатства и прочих плотских наслаждений. Исцеление же и врачевство сих страстей следующее: пост, воздержание, злострадание, нестажательность, раздаяние имущества бедным, желание оных будущих безсмертных благ, вожделение царствия Божия и желание сыноположения. Теперь следует указать вам и различие страстных помыслов, чрез которые всякий грех совершается. Главных греховных помыслов восемь: помысл чревообъядения, блуда, сребролюбия, гнева, печали, уныние, тщеславия и гордости. Не в нашей власти состоит, чтобы сии восемь помыслов тревожили или не тревожили нас; но пребывать им в нас, или не пребывать, воздвигать страсти, или не воздвигать, это зависит от нас. Иное есть прилог, иное сочетание, иное борьба, иное страсть, иное сосложение (или соизволение), близко подходящее к совершению греха, иное совершение греха и иное пленение. Прилогом навывается просто наносимое от врага внушение: сделай то или другое, как он сказал Христу Господу и Богу нашему: «рцы, яко да камение сие хлебы будут» ( Матф. 4, 3 ). Это, как сказано, не от нас зависит. Сочетание есть принятие помысла, внушаемого врагом, помышление и как бы беседа с оным, соединенная с услаждением, которая зависит от нашего произволения. Страсть есть навык, рождающийся от сочетания с страстным помыслом, влагаемым от врага, и как бы некоторое безпрестанное размышление и представление оного. Борьба есть сопротивление ума, которая приводит или к уничтожению страсти в помысле, т. е. страстного помысла, или к согласию с ним, как говорит о сем Апостол Павел: «плоть бо похотствует на духа, дух же на плоть: сие же друг другу противитася» ( Галат. 5, 17 ). Пленение есть понудительное и невольное влечение сердца, насильственно обладаемого вследствие прежнего принятия помыслов и долгого навыка. Сосложение есть преклонение помысла к страсти. Действие же есть самое исполнение страстного помысла, с которым было сосложение. Итак, кто первое (т.е. прилог в мысли) помышляет бесстрастно, или противоречием и мужеством с самого начала отвергает его, тот одним разом отсекает все последнее. Умерщвление же восьми страстей бывает так: чревообъядение истребляется воздержанием, блуд – Божественною любовию и желанием будущих благ, сребролюбие – сострадательностию к бедным, гнев – любовию ко всем и благостию, мирская печаль – духовною радостию, уныние – терпением, твердостию и благодарением Бога, тщеславие – сокровенным деланием добродетелей и частою молитвою с сердечным сокрушением, гордость – тем, чтобы никого не судить и не уничижать, подобно надменному фарисею, но считать себя последним из всех. Таким образом ум, освободившись от сказанных страстей и возвысившись к Богу, отселе живет блаженною жизнию, приемля обручение Святаго Духа, и, отлучившись всего земного, с бесстрастием и истинным разумом предстоит свету Святой Троицы, будучи осияваем с божественными ангелами в бесконечные веки. Итак, душа, по вышесказанному, тричастна, а три части её суть сии: словесная, раздражительная и желательная. Если в раздражительной части – любовь и человеколюбие, а в желательной – чистота и целомудрие, тогда и словесная часть, т.е. ум – просвещён. Если же в раздражительной части человеконенавидение, а в желательной невоздержность, то ум бывает помрачён. Итак, словесная часть – т.е. ум – тогда бывает здрав, целомудрен и просвещен, когда страсти покорены ему, и он духовно созерцает сущности 16 творений Божиих, и возводится к блаженной и Святой Троице. Опять раздражительная часть тогда действует по естеству, когда любит всех людей и ни на кого не имеет огорчения или памятозлобия. Желательная же часть тогда бывает здрава, когда смиренномудрием, воздержанием и нестяжанием умертвит страсти, т.е. страсть плотскую и желание имений и преходящей славы, и обратится к божественной и бессмертной любви. Ибо желание бывает обращено к трем предметам: или к плотскому наслаждению, или к суетной славе, или к обольщению богатства, и по причине сего превратного стремления человек презирает Бога и Его божественные заповеди, забывает свое божественное благородие, ожесточается против ближнего и до того помрачает разум, что он уже не может воззреть к истине. Кто же относительно сего стяжал высший образ мыслей 17 , тот прежде исхода из сей жизни, как сказано, бывает причастником небесного царствия, и живет блаженною жизнию, в ожидании блаженства, обещанного любящим Бога, которого и мы да сподобимся получить благодатию Господа нашего Иисуса Христа. Аминь. Должно знать и то, что нельзя достигнуть в меру какой-либо добродетели, если кто всею силою не будет стараться во всю свою жизнь о стяжании её, с усиленным подвигом и постоянным трудом, как, например: о стяжании милосердия, или воздержания, или молитвы, или любви, или другой какой-либо из главнейших добродетелей. Ибо и каждый отчасти проходит ту или другую из сих добродетелей: временем, например, иной подает милостыню, и за то, что он изредка подает ее, мы еще не называем его собственно милостивым, и особенно если то, чтò делается, делается не как должно и не богоугодно. Ибо и самое добро не есть добро, если совершается не как должно; но тогда оно поистине добро, когда не лишается мзды по той или другой причине, например, по человекоугодию, ради похвалы человеческой и для уловления славы, или по любостяжанию и нарушению правды; потому что Бог ищет от нас не самого дела, по-видимому доброго, но намерения, ради которого оно совершается. Богоносные Отцы говорят, что когда ум забывает цель благочестия, тогда видимое дело добродетели бывает бесполезно; ибо то, чтò делается без рассуждения и без цели, не только не приносит никакой пользы, хотя оно и добро, но и вредит. Так, напротив, бывает и с тем, чтò по-видимому зло, а совершается с благочестивым намерением, ради Бога; как некто из отцев вошел в блудилище и спас блудницу от погибели. Отсюда явно, что не тот милостив, кто изредка являет милосердие, и не тот воздержный, кто изредка являет воздержание, но тот, кто постоянно, во всю свою жизнь, всецело держится этой добродетели, с рассуждением непогрешительным. Ибо больше всех добродетелей рассуждение, оно – добродетелей царица и добродетель добродетелей. Так бывает и наоборот: мы не называем блудником, или пьяницею, или лжецом того, кто однажды подвергся тому или другому из этих пороков, но кто постоянно в это впадает и остается без исправления. Кроме сказанного, должно знать особенно и следующее, необходимейшее для всех, кто желает стяжать добродетель и старается уклониться от зла: насколько душа без сравнения лучше тела и во многом и великом всячески превосходнее и честнее, настолько душевные добродетели, и особенно Богоподражательные (т.е. любовь, милосердие, и под., как сказано в конце сего слова) и Богоименные превосходнее телесных; и напротив, должно разуметь, что настолько же душевные страсти лютее телесных, по действиям их, и тягчайшего заслуживают наказания и мучения, хотя это, не знаю почему, от большей части людей укрывается. Ибо пьянства, блуда, прелюбодейства, воровства, и что близко к сему подходит, люди стыдятся, и боятся, и избегают, и наказывают за эти пороки, так как они для всех явно отвратительны; а между тем относятся равнодушно гораздо к худшим сих и тягчайшим душевным страстям, которые приводят людей в бесовское устроение, и ввергают в определенную бесам вечную муку тех, кто без исправления держится их. Я говорю о зависти, памятозлобии, лукавстве, жестокосердии и сребролюбии, которое, по словам Апостола, есть корень всех зол, и о других страстях подобных сим. Все это мы, как люди простые, изложили просто, начертав удобопонятно и ясно слово о добродетелях и о страстях и пороках, чтобы всякий, чрез подобное разъяснение, мог удобно познать и разобрать разделение и различие оных. Поэтому мы все это рассмотрели подробно и с разных сторон, чтобы никакой вид добродетели или страсти, сколько можно, никому не был неизвестен, и чтобы нам усердно стремиться к добродетелям, а наипаче к душевным, которыми мы приближаемся к Богу; страстей же и пороков всячески отвращаться и избегать. Ибо поистине тот блажен, кто ищет добродетели и держится её, и тщательно испытывает, в чем состоит добродетель; потому что он чрез нее приближается к Богу и духовно с Ним соединяется. Ибо в том собственно состоит мудрость и мужество, премудрость и истинный разум и неотъемлемое богатство, чтобы чрез деятельную добродетель восходить к созерцанию Творца. Добродетелью ( ἀρετὴ ) называется то, что избирается по произволению ( αἱρεῖσθαι ), ибо она желательна ( αἱρετὴ ) и произвольна, так как мы творим добро по нашему изволению и хотению, а не против нашей воли и понудительно. Мудростию же ( φρόνησις ) 18 называется то, чтобы в уме носить или содержать полезное. Если угодно, приложим к сему простому слову, как златую печать, и нечто об образе и подобии Божием честнейшего из всех (видимых) созданий Божиих. Разумное и словесное животное – человек, один из всех (видимых тварей) создан по образу и по подобию Божию. "По образу Божию» ( Быт.1:26 )сказано о всяком человеке, ради достоинства его ума и души, т. е. что душа непостижима, невидима, бессмертна, самовластна; также и ради его господства (над прочею тварию), ради чадородия и способности созидать. «По подобию» же сказано в отношении к добродетелям и к Богоименным и Богоподражательным делам, т. е. чтобы иметь человеколюбивое расположение к подобным себе, сожалеть, миловать и любить таких же рабов, как и сами, и показывать всякое благоутробие и милосердие. «Будите убо , – говорит Христос Бог , – милосерди, якоже и Отец ваш небесный милосерд есть» ( Лук. 6, 36 ; Мф.5:48 ). Что касается до образа Божия, то всякий человек имеет оный: ибо «нераскаянна суть дарования Божия» ( Римл. 11, 29 ). А сказанное «по подобию» имеют редкие, и одни добродетельные и святые, которые благодатию Божиею и, сколько людям возможно, подражают Ему. Да сподобимся и мы Его преблагого человеколюбия, благоугодивши Ему добрыми делами, и соделавшись подражателями тех, которые от века благоугодили Христу. Ибо Его есть милость, и Ему подобает всякая слава, честь и поклонение со безначальным Отцем и Пресвятым и благим и животворящим Его Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь. Переведено из Греческой Филокалии, (изданной в Венеции в 1782 г.) и слав. рукописи Паисия Величковского . По греч. φαντασἱα , по слав. «мечтание». По другому чтению ἔυθυμον – «благодушие». В слав. «преподательное». В слав. «брудное и неудобренное». В слав. «гортанобесие», т. е. когда человек любит есть, хотя немного, но приятное и вкусное. По Слав. «костырства», по греч. κνβεῖαι , т. е. игра в кости. Т. е. ревностную, или, как выражают св. отцы, гнев по естеству на диавола и на все злое, чтобы не согрешить, по сказанному: «гневайтеся и не согрешайте» ( Пс. 4, 5 ). По греч. Τῶν λογίων τοῦ πνευματος , т. е. в словесах Духа. В слав. «словеса», т. е. цели, для которых все творения созданы. По мысли преп. Иоанна: от φέρω – несу и ὂ νησις – польза. Вам может быть интересно: